Кесса наконец освободилась от шлема и теперь вертела головой, изумлённо мигая. Туманный моховой лес сплетал вокруг ветви, пёстрые фамсы, растопырив плавники, сновали в зарослях, на листьях блестела медузья икра, залитая слизью, и отовсюду свисали жгучие щупальца. Сочные листья укрывали землю, и вода текла под ними, и сами они были наполнены водой. А чуть выше сплетённых кустов свисали, укутывая стволы, мёртвые листья папоротников, ещё выше прорастали из стволов живые, стекали вниз пряди многоцветных мхов. Вода сочилась отовсюду, каждая ветка и каждый лист блестели от влаги. Кесса осторожно потрогала ближайший куст — и ещё один поток излился на панцирь Флоны. Двухвостка и глазом не моргнула — она торопливо обкусывала низкорослые папоротники.
— Да, выбирайся, — Речник бережно спрятал древний прибор и придержал Кессу за плечо, отклеивая липкие полосы от её брони. — Здесь слишком много воды, но кислоты вроде бы нет.
Кесса с облегчённым вздохом свернула скафандр в тугой узел и затолкала в дорожную суму Фрисса. «Хорошо, когда доспехи впору! А если нет — так это медузам на смех,» — мрачно думала она, отряхиваясь от щупалец и липкой икры. «Что у них тут, нерест?!»
— Тону я в нём, — буркнула она. — Я всё-таки не сармат… Речник Фрисс, а ты знаешь, куда нам идти?
Кархейм остался позади — в той стороне, куда повернулась хвостами Флона, где туман был гуще, а мох — реже. Там же осталась и тропа, едва приметная в травах и вовсе сгинувшая в зарослях холга.
— В ту сторону — и до самой реки, — Фриссгейн махнул рукой в сторону самых густых мхов. — Я пойду рядом, буду расчищать дорогу. Флона одна тут не пробьётся…
— Река моя Праматерь, кто же такое вырастил?! — поёжилась Кесса, отцепляя бахрому куртки от мокрых ветвей. Флона задумчиво жевала подобранный с земли сочный лист. «Локк» — так звалось это растение. «Лист-лужа,» — так назвала его Кесса про себя. Флона выпустила из пасти несколько жёстких волокон, переступила с лапы на лапу и перевела взгляд на Фрисса.
Меч с треском обрушился на сплетённые ветки, и обрубки полетели вниз, а следом с ветвей хлынул водопад. Флона, фыркая, влетела в узкий коридор, и тонкие моховинки, не выдержав, вырвались с корнями и повисли на её шипах. Удар за ударом Речник расчищал в дебрях путь, а там, где не успевал меч, Двухвостка помогала зубами. Кесса схватила низко нависшую ветку, полоснула по ней ножом — и едва удержала его в руке. Гигантский мох был упругим и прочным, как настоящее дерево.
— Сюда бы топор, — вздохнула она.
— И то верно, — отозвался Речник, не оборачиваясь. — Флона, бегом!
Двухвостка всей тяжестью навалилась на кусты, прокладывая просеку в зарослях. Продвинувшись на десяток шагов, она жалобно взревела. Ветки изогнулись, чуть поддались — и застыли, и даже панцирный ящер не мог их сломать.
— Так… так, — Фриссгейн, примерившись, рассёк несколько ветвей, и холг расступился, открывая узкий проход. — Вперёд!
Кесса сбросила с коленей здоровенную серую канзису. Слизистая лепёшка, не долетев до земли, надулась, и превратилась в шар, и потащила сеть щупалец обратно в кусты. Флона, приостановившись, сорвала древесный папоротник со ствола и втянула его в пасть.
— Кесса, не шевелись, — махнул рукой Фрисс. — Они тут всюду. Почистимся на привале.
— А… будет привал? — растерянно мигнула она.
— Будет много привалов, — Речник разрезал прочную сеть ветвей и прошёл немного вперёд, освобождая Флоне дорогу. — Этот мох — железный. А мы — нет.
Не прошло и Акена, как Двухвостка, уперевшись мордой в мох, жалобно заревела и замахала хвостами. Вверху, среди ветвей, замелькали оперённые хвосты — перистые змеи расползались по дуплам, фамсы порскали во все стороны, и что-то тихонько заскрежетало в кустах.
— Передышка, — Фрисс смахнул с панциря Двухвостки охапку сломанных веток и ещё живых канзис и сел, счищая с меча лиственный сор. Клинок под травяным соком всё так же блестел.
— Мы идём к реке? — робко спросила Кесса, прислушиваясь к шорохам в зарослях. Скрип в кустах не померещился ей — где-то рядом были харайги, и они перекликались среди мха. Что-то невидимое в тумане взбиралось по ветвям, шуршало листьями, вдали кто-то огромный раз за разом издавал призывный рёв. «Моховой лес,» — Кесса потрогала широкую «ветку» зелёного холга. «Полный летучих рыб и пернатых ящеров. Ни один толковый зверь тут жить не будет. Да и как все эти протискиваются — я не понимаю…»
— Да, где-то в той стороне течёт Кайда-Чёрная, — кивнул Речник, выгребая из карманов медузью икру. — Местные построили через неё мост, а за рекой у них поселения. Если повезёт, выйдем на одну из их троп, так дело пойдёт быстрее. А пока будем отдыхать каждый Акен. Флона, побереги брюхо!
Двухвостка выпустила недожёванный лист локка и подняла голову, пытаясь увидеть Фрисса. Он почесал ей макушку.
«Кайда-Чёрная,» — Кесса почувствовала, как по спине бегут мурашки. «Та самая река. Мы увидим её. Может, она помнит Чёрных Речников…»
… - Привал!