— Тут просто лес, Фрисс, — хеск был удивлён не меньше, чем люди. — Мокрый лес.
— Но гарью-то тянет, — Речник спешился и огляделся по сторонам. Туман всё ещё висел над холгами, и дым потерялся бы в нём — но и огня не было видно, и даже Квомта-Риу не слышал треска пламени.
— Тут не только гарь, — покачал головой Фрисс. — Похоже на плавленый камень… и земляное масло.
Густые холги расступились — и Двухвостка испуганно рявкнула и отдёрнула лапу от засыпанной пеплом земли. Огромное выгоревшее пятно зияло посреди леса, всё, что росло на нём, превратилось в золу и обугленные пеньки, земля вспучилась и покрылась трещинами. Там, где они сходились, зияла нора с неровными краями, глубокая, как Бездна. Чьи-то недогоревшие кости желтели рядом с ней — какой-то зверь с оторванными лапами и переломанными рёбрами. Что-то раздавило его — и, несомненно, раньше, чем пришёл огонь.
— Мне страшно, — прошептала Кесса и потянулась за ножом. Земля дрогнула, что-то проползло под ней, скрежеща и поскрипывая. Фрисс, помянув тёмных богов, выхватил мечи.
— Натаниэль, Кесса, готовьте водяные стрелы! Если появится — бейте в голову, меж усов, это их напугает! — отрывисто приказал он, подхлёстывая Двухвостку. — Флона, беги!
Панцирный ящер, переваливаясь с боку на бок, помчался по сожжённой земле, вздымая клубы пепла.
— Много их здесь? Давно они тут? — спросил Речник, оглянувшись на хеска. — Почему раньше молчал?!
— Кто — «они»? Я не знаю, Фрисс! Я никогда такого не видел, — замотал головой Натаниэль. — И никто не видел! Ты знаешь, что тут было? Кто тут живёт?
Речник смерил его недоверчивым взглядом и криво усмехнулся.
— Огнистые черви, больше некому. Хаэй! Вперёд!
Флона с рёвом врезалась в стену мха и пролетела ещё несколько шагов, волоча за собой вырванные с корнем «кусты». Когда она остановилась, запутавшись в зарослях, Речник спрыгнул наземь и окинул лес подозрительным взглядом.
— Я пойду вперёд, — сказал он, неохотно убирая один из мечей. — Стало быть, никогда раньше такого тут не было?..
Заросли сомкнулись ненадолго — не прошло и половины Акена, как Двухвостка испуганно рявкнула, вылетев из кустов на пепелище. Земля, покрытая золой и углями, мелко вздрагивала, в ней зияли норы. Кесса, привстав на панцире Флоны, заглянула в одну из них, но не успела ничего увидеть — Фриссгейн с силой надавил на её плечо, заставив её сесть.
— Речник Фрисс, ты убивал таких червей? — шёпотом спросила она. — Если вдруг он вылезет, что нам делать?
— Бежать, — буркнул воин. — Одного червяка я зарублю, но их тут не один…
Третья горелая плешь поджидала их за зыбкой стеной поникших папоротников. Жар огнистых червей пожёг корни, и деревья свесили до земли пожухшие листья. Серебристый холг с почерневшими ветвями стоял крепко — но Кесса отломила от него веточку и увидела внутри золу.
Едва путники вошли в сухой лес, как издалека донёсся трубный рёв. Невидимые за деревьями существа перекликались, и в их голосах Кессе слышался испуг. Флона, прислушавшись, громко рявкнула и помотала головой.
— Алайги, — буркнул Натаниэль. — Большие ящеры. Тут Келион недалеко.
— И черви повсюду, — Фрисс, не выпуская мечей из рук, прислушивался к подземному гулу. — Эти ваши ящеры прямо на гари пасутся?
— Тут всегда был лес, — нахмурился хеск. — Куда он делся?!
Заросли снова расступились — теперь уже окончательно. В паре сотен шагов от путников, за сожжённой равниной, изрытой норами, поднимался крутой склон холма, утыканный острыми кольями. Среди них петляли тропы, на отвесных стенах сменяясь лестницами, и стражники удивлённо смотрели на пришельцев с башенок, вознесённых над частоколом. Их золотистый мех сверкал на солнце.
Путники приблизились, Натаниэль засвистел, махая руками, и на ближайшей башне засуетились. Вниз полетела верёвочная лестница. Речник Фрисс хмыкнул.
— Эти тропы для Флоны узки.
— Ага, — кивнул Натаниэль. — Но это ничего. Сидите тут, я скоро буду.
Он уцепился за лестницу и проворно поднялся наверх. Оттуда послышались удивлённые возгласы — скорее радостные, чем напуганные — и над обрывом раздался пронзительный скрип.
— Ай, Вайнег побери, неужели было не смазать?! — досадливо фыркнул Натаниэль и замахал руками — теперь уже Фриссу. — Вот верёвки, обвяжи своего зверя! Это подъёмник для больших ящеров!
— Этот ящер больше алайги. И тяжелее! — крикнул в ответ Фрисс. — Этих верёвок мало!
— Ладно! — сверху упали ещё два конца канатов. Речник не спешил обматывать ими Двухвостку — он снимал с её спины тюки.
— Кесса, лезь наверх и скажи им — пусть поднимают груз. Флона пойдёт последней. Она втрое тяжелее, чем им кажется. Панцирь ей уменьшили, но вес-то остался прежним…
Привязанные к верёвкам тюки взмыли вверх, обогнав Кессу. Один из стражников втянул наверх и её. Там, у сторожевой башенки, рядом со скрипучим подъёмником, собралась толпа, и Кесса смотрела на незнакомых существ во все глаза и боролась с желанием потрогать их.