— Ах, Розамонда… — прошептала, бледнея, Доминик. Сомнения опять затеснились в ее голове. Ведь и она сама нашла в замке де Немюра книгу с этими стихами! Но разве Рауль не мог слышать этих строк, если слышала его сестра? Нет, нет, надо отбросить эти мысли! У Рауля ее кольцо. Он — Черная Роза, и сомнений в этом быть не может!
— Да, — не заметив ее состояния, продолжала герцогиня. — А мой брат … Мой брат, особенно в молодости, — прости, Доминик, но ты же должна понять его! — был юношей пылким, увлекающимся, невоздержанным. Он даже пил… И, конечно, Робер не мог принять и понять его образа жизни. И тогда они и разошлись. Теперь Рауль другой, — он так тебя любит! И ради тебя готов полностью исправиться. К тому же, прошлое не вернешь, и нужно, мне кажется, простить. А Робер не хочет. Понятия о чести мешают ему. А ведь надо принимать людей такими, какие они есть… И разве сам Господь не завещал нам прощать?
— Да, конечно, — рассеянно согласилась Доминик. «Если де Немюр столь щепетилен в вопросах чести, — думала в это время она, — почему же он пошел к Бланш? Чтобы получить развод? Зачем для этого нужно согласие королевы? И кто же, наконец, его жена?..»
…И тут в дверь постучали — вернее, заколотили, да так, что обе рукодельницы так и подскочили на диванчике и быстро переглянулись.
— Кто бы это мог быть? — с тревогой спросила Розамонда. — Уже два часа ночи! — Слуг герцогиня обычно отпускала спать пораньше. Ей пришлось встать и самой подойти к двери. Доминик судорожно сжала руки. Неужели это Очо? Но карлик не стал бы так бешено стучаться. «Если только не произошло несчастье. Вдруг де Немюр убил королеву?.. Или она — его?..» Девушка похолодела от ужаса.
— Кто там? — спросила герцогиня. В ответ по двери забарабанили еще яростней. Из комнаты для прислуги выскочил на шум слуга Розамонды Поль.
— Ах, Поль! — вздохнула с облегчением герцогиня. — Кто-то стучится. Право, не знаю, открывать или нет?.. Уже ведь глубокая ночь!
— А вдруг, ваша светлость, там ваш брат, герцог де Ноайль? — спросил Поль.
— Я об этом не подумала! О Боже!.. Открывайте скорее!
Но это был не Рауль. В открытую дверь ввалился де Немюр и упал прямо на руки ошеломленному, но все же успевшему подхватить его слуге.
— Робер! — в ужасе вскрикнула Розамонда. Доминик вскочила, вышивание ее полетело на пол. Вид у герцога был плачевный, — рубашка полурасстегнута, одна нога в туфле, другая разута, лицо зеленое, глаза безумные. Не замечая Дом, он пробормотал явно через силу:
— Розамонда… Помогите… Меня отравили…
— Когда? Чем? Что вы ели и пили?
— Два часа назад… Это Очо. Он дал мне кубок с вином… — С трудом ворочая языком, произнес де Немюр.
— Поль! В ванную комнату его! — Герцогиня взяла себя в руки. Когда Поль с герцогом дотащились до ванной, она обернулась к Доминик. — Чем мог отравить его Очо? И зачем?.. Я приготовлю питье. Но не знаю, поможет ли оно.
— Он умрет, Розамонда? — стуча зубами, спросила Дом.
— Боже, Доминик! Ты вся белая!.. Подожди. Я взгляну, как он… — И она побежала в ванную комнату. Вернулась через минуту и сказала:
— Его рвет… Только желчью. Что дал ему проклятый карлик? Нужен врач! Доминик, скорее за да Сильвой! Спросишь у стражи, где его комнаты. — И герцогиня опять побежала в ванную.
А Дом бросилась к дверям, распахнула их… И чуть не сбила с ног отравителя де Немюра. Карлик стоял на пороге и спокойно смотрел на девушку.
— Очо! — воскликнула Дом, выталкивая его в наружный полутемный коридор. — Что вы сделали с герцогом де Немюром?
— А, — невозмутимо отвечал маленький урод. — Так, значит, я был прав, когда решил, что он направился сюда. И он здесь?
— Здесь. И он умирает! Отвечайте — что вы ему дали?
— Успокойтесь, сеньорита! Это просто порошок рвотного корня. Абсолютно безвредное средство!
— Безвредное? — задыхаясь от негодования, крикнула девушка. — Да он же при смерти, понимаете вы это?
— Ну, так уж и при смерти… Потошнит немножко — и все. Похоже, ваш герцог просто вечером ничего не ел, отсюда такая острая реакция. На полный желудок от одного кубка моего средства ему бы вообще почти ничего не было. Просто бы помутило.
— Зачем, зачем вы это с ним сделали? — Ломала руки Доминик.
— А кто хотел, чтобы свидание де Немюра с Бланш расстроилось? Не вы ли умоляли меня чуть ли не на коленях об этом?
— Я хотела… Но не ТАК же!
— А как? Я не волшебник, сеньорита. Попробуйте заставьте молодого здорового мужчину не захотеть красивую женщину. Особенно если она изо всех сил старается ему помочь. А я посмотрю, как это у вас получится! Наша медицина, абсолютно не прогрессирующая благодаря неустанным заботам отцов-инквизиторов, еще не додумалась до изобретения подобного лекарства. У меня было два способа — дать де Немюру рвотного — или слабительного. Я выбрал, можно сказать, щадящее средство! Клянусь вам — его светлости станет через полчаса гораздо лучше. Пусть герцогиня де Ноайль только даст ему побольше воды. А к утру у него откроется такой аппетит, что он съест и не заметит целого кабана!
Дом слегка успокоилась и перевела дух. Очо явно не лгал. Да и к чему ему смерть де Немюра?
