«Четвертый час пополуночи. Куда это он? Да еще в такую погоду?» — подумал Очо. Тут душа у него ушла в пятки, — Франсуа повернулся в его сторону. «Неужели он меня заметил?» — карлик невольно сжал рукоять своего маленького, почти игрушечного, меча, и вжался в стену. Но Франсуа подошел на цыпочках к двери спальни де Немюра. Как и карлик только что до него, он прижал ухо к замочной скважине. Затем посмотрел в нее. И, странно улыбнувшись, — улыбка его напомнила вжавшемуся в нишу Очо волчий оскал, — двинулся налево и исчез в коридоре, по которому недавно снизу пришли Дом и карлик.
Очо вышел из своего укрытия. Сердце его бешено стучало. Но куда все же направился Франсуа? Карлик подбежал к углу и осторожно выглянул из-за него. Огонек свечи был уже еле виден вдалеке. Очо крадучись последовал за ним. Франсуа спустился на первый этаж, прошел через холл, достал связку ключей и открыл наружную дверь. Оглянулся… И вышел, осторожно закрыв дверь.
Очо следил за ним с лестницы, спрятавшись за перилами. Итак, слуга герцога ушел. Впрочем, наверное, все объясняется весьма просто, — у Франсуа есть любовница, и он отправился к ней.
Очо подошел к двери. Похоже, дождь все же начался. Карлик слышал стук капель по парадному крыльцу. Погодка не для увеселительных прогулок! Ему все меньше хотелось покидать дворец де Немюра. Очо стоял в холле в полной темноте и раздумывал. Боже, как он был глуп, когда в свое время просил начертить ему план этого дворца! Надо было не только месторасположением спальни герцога поинтересоваться. Но и узнать, где находится кухня. Сейчас он бы пробрался туда. И наверняка нашел бы чем поживиться. Хотя бы кусок мяса. И глоток вина. Но на герцогской кухне, Очо был уверен, нашлось бы много вкусностей.
Какрлик потер свой большой нос. Как хочется есть! И не хочется возвращаться к Бланш! Впрочем… Франсуа, похоже, не запер уходя свою дверь. Не может ли найтись в его комнате чего-нибудь съедобное? «Вернемся наверх, — решил Очо. — И посмотрим.» Уродец опять поднялся на второй этаж и дошел до комнаты Франсуа. Повернул ручку… Так и есть! Дверь не заперта!
Карлик вошел. В комнате, к счастью, горели две свечи: одна на столе у окна, другая — в изголовье кровати. Ура! На столе также находилась бутыль вина. Почти полная. И большой ломоть хлеба. Очо не был слишком привередлив, — он тут же схватил хлеб и бутыль и отхлебнул из горлышка. А вино-то — прекрасное!.. Видно, из погребов де Немюра. И дорогое… Неплохо живется слуге герцога!
Тут Очо заметил на столе лист пергамента. Записка! Вероятно, от той самой женщины, к которой посреди ночи направился Франсуа. Прочтем… Уродец поднес бумагу к свечке. Совсем коротенькая записка. «В четыре ночи будьте у меня во дворце.»
Ба! Неужели в любовницах у этого не слишком симпатичного типа какая-нибудь знатная дама? Ждет Франсуа в своем дворце. Что-то не верится! Хотя… Чего только не бывает в жизни, уж Очо-то насмотрелся всякого!
Карлик, чутко прислушиваясь, сжевал весь хлеб и выпил полбутылки. Однако, надо было все же уходить отсюда. Бог знает, может, Франсуа вот-вот вернется.
Очо выскользнул из комнаты и опять остановился в коридоре в раздумье. Теперь, когда живительная влага проникла внутрь, согрев и тело, и душу, выходить под дождь и слякоть совсем не хотелось. Не прикорнуть ли в той самой нише напротив спальни герцога? Маленький горбун подошел к нише, расстелил на полу свой плащ и уселся на него. Но сон не шел. Направо, за спальней де Немюра, в конце коридора было окно. Дождь стучал по стеклу. Очо вновь приложился к бутыли. Чудное вино! Испанское. У де Немюра погреб лучше королевского!
А за окном постепенно серело. Пробило пять. Где-то вдалеке прокукарекал ранний петух.
Петух! Вестник утра. А что обещал Очо Доминик? Что не переступит порога спальни де Немюра в ее первую брачную НОЧЬ. Но, если кукарекает петух… Значит, уже утро! Первая брачная ночь закончилась. И Очо имеет полное право войти — и посмотреть. Ну, право — громко сказано. Но юной герцогине де Немюр карлик обещал лишь ночь, это он хорошо помнит!
Правда, войти тоже непросто. Это тебе не спальня Бланш, где знаком каждый уголок, каждый выступ и подоконник. Если де Немюр заметит карлика, — пощады не жди. Да и Доминик вряд ли очень обрадуется его появлению. Но как же любопытно, — что у них там происходит! Очо почувствовал, что весь дрожит от возбуждения. Нет, надо попытаться. Ну не убьют же они его в конце концов! Ведь это он практически соединил их. Привел Доминик к Роберу. В худшем случае — герцог схватит его за шиворот, как щенка, и вышвырнет за дверь.
«Вот если бы у меня был с собой мой костюм… Тот, костюм Амурчика. С серебряной маской. С белыми крылышками из лебединых перьев на спине. С золотыми луком, колчаном и стрелами. Который Бланка подарила мне на маскарад, устроенный по случаю рождения ее сына Людовика, двенадцать лет назад. Я бы вошел в спальню Робера смело. И заявил бы ему и его супруге с порога: «Я — бог Амур! Я соединил ваши сердца и ваши тела в одно целое! Я благословил ваш союз! И вы не можете прогнать меня!»
