– Прощаю, – совершенно серьёзно сказал Верховный Унгард Анмайгер Чермик, – но впредь – убедительно прошу не перебивать, пока я не изложу оптимальное количество информации, совершенно необходимой в сложившейся ситуации. У нас слишком мало времени, а вы должны успеть понять – что происходит. Тем более, я прекрасно осведомлен о том, кем являетесь Вы в Вашей Параллели и каковы Ваши основные общественные функции. Самое любопытное, что функции ваши в основном своём принципе идентичны моим. Каста Унгардов стоит на страже безопасности Мира Алялватаска. Это – родной мир. Прекрасный, удивительный… упоительный мир…, – янтарные глубины глаз Анмайгера затуманились печальной и мечтательной поволокой. – Он оказался сейчас в огромной опасности благодаря «Параллели – Икс-Сорок», или – вашей, так называемой, Земле-матушке, – он сделал кратковременную паузу, целиком заполнившуюся замысловатой тоскливой ухмылкой.
– Будьте любезны пояснить, господин Верховный Унгард – в чём заключается вина бедных жителей Земли? – конкретнейшим тоном осведомился Сергей Семенович, хотя в глазах у генерала плясали ничем не корректируемые блики разгоравшегося где-то на самом дне души мрачного неугасимого пламени возможного скорого безумия. Или, быть может, так светилась радость первооткрывателя бесконечно долго искавшейся истины – я не мог сказать с полной уверенностью.
– Четверо ваших цыган вскрыли мой ахайсот, наивно полагая, что раскопали обычный гроб, в котором похоронили состоятельного покойника, – с безнадежной горечью и уверенностью в непоправимости происшедшего объяснил Анмайгер Чермик вину жителей Земли перед Миром Алялватаска. – Мне трудно винить предприимчивых гробокопателей, учитывая их полную интеллектуальную девственность, но, тем не менее, ахайсот оказался вскрытым, а его внутренности были выдраны с корнем. А самое плохое заключалось в том, что с моих плеч они сорвали Стрэнга – хранителя моей нейроэнергетической матрицы, моей души. И как часто случается, буквально в любой Параллели – ничтожные, незаметные крохотные твари сыграли роль детонатора во взрыве планетарного масштаба.
Ахайсот – где сохранялся первозданный шифр мира Алялватаска, беззастенчиво вскрыли и внутрь ворвалось совсем, совсем чужое ночное небо, противоестественные запахи и звуки, незнакомый обитателям Алялватаски сладкий яд – земной газ, кислород, разрушающий целенаправленные и могучие созидательные порывы, так характерные прежде всего для Стрэнгов. И я предчувствую, что Стрэнг надышался им под самую завязку…, – Анмайгер умолк и хмуро задумался. А Сергей Семенович, воспользовавшись создавшейся паузой, немедленно спросил:
– А что может произойти со стрэнгом, если он под завязку надышится кислородом?!
– Точно не знаю, но могу гарантировать, что – ничего хорошего. По законам нашей Вселенной, а именно она нас и объединяет – мы с вами в принципе не могли бы встретиться воочию, и вот так вот сидеть и запросто разговаривать на общепонятном языке. Но, тем не менее, отношения между Алялватаской и Землёй имеют место и – уже достаточно давно, но безоговорочными лидерами и инициаторами имеющих место контактов являлись и являются представители Алялватаски. Мы значительно древнее вас и давно уже вступаем во взаимовыгодные контакты с различными Параллелями. Процесс этот очень сложный, я бы сказал – трепетный, и даже – очень нежный, не терпящий грубых неожиданностей. Он напоминает, употреблю подобное сравнение для вящей наглядности – отношения в постели между искренне любящими друг друга мужчиной и женщиной, – господин Анмайгер внезапно протяжно икнул, вновь передёрнув при этом плечами, и тряхнул головой, засыпанной землёй.
И без того яркие глаза Анмайгера сверкнули ещё ярче, а в малиновом свете абажура на пергаментной коже низкого цыганского лба блеснул сотнями мелких капелек неожиданный холодный пот.
– Вам плохо, господин Верховный Унгард?! – тревожно спросил Сергей Семёнович, и непритворная тревога невольно передалась мне… «Зря он поел этот проклятый сманьц!» – мелькнула у меня беспокойная мысль. Мой начальник подумал, видимо, о том же самом. Необходимую лепту в создание атмосферы зловещего напряжения под крышей апарца внес настойчивый зуммер генеральского мобильника. Сергей Семенович, продолжая тревожно вглядываться в лицо Верховного Унгарда, почти сомнамбулическим движением потянул из кармана телефон, заранее обрекая звонившего абонента на крайнюю степень индифферентности и краткости в предстоящей беседе.
– Сергей Семенович!!! – услышали и я, и Аймангер Чермик крик Эдика Стрельцова в трубке генеральского мобильника, – вы, что не слышите, какой тут кавардак у нас творится!!!
– Стены у апарца не пропускают никаких звуков на любых частотах, майор Стрельцов! – хладнокровно и несколько рассеянно произнес генерал. – А что, по-вашему, мы должны были услышать?
– У нас скоро кончатся боеприпасы и стволы дымятся!! – почти зло проорал Эдик, – Сможем продержаться еще пару минут и все!!
– Против кого продержаться? – по-прежнему флегматично спросил Сергей Семенович.
