Из густых кустов, щедро росших по краям площади, мужички дружно вытащили молодого парня примерно тех же лет, что и Тапайра.
— Я чего, я ничего, — он шумно швыркнул носом и вытер его порядком замызганным рукавом. — Я и не знаю ничего. Забыл!
— Забирайтесь в машину, — предложил парню Уил. — Покажете дорогу до холмов. Может, там что-нибудь вспомните.
Видно было, что проехаться на магическом авто парню очень хотелось, а вот беседовать с гостями из столицы — нет. Это уже становилось любопытным. Он посмотрел на гостеприимно распахнутое нутро магавто, перевёл взгляд на жадно следящих за ним односельчан и, приосанившись, забрался на заднее сиденье и захлопнул дверцу.
— Давайте проедемся. Только я всё равно ничего не помню. Ни я, ни Стасечка, — поняв, что проговорился, Кроник испуганно прикрыл рот ладошкой.
— Значит, ничего не помнишь, — ухватился за оплошность Уил. — Что ж, тогда и разговаривать с тобой не о чем, поговорим со Стасечкой.
— Не надо с ней. Я вспомнил, — хмуро признался парень.
— А почему с ней не надо? — Уил не собирался жалеть нежных чувств свидетеля.
— Староста её убьёт, ежели узнает, что со мной до холмов ходила. Вы не подумайте чего! Мы ничего. Просто так ходили. А я, ежели чего, я же всё серьёзно, только разве отдаст Уржик Стаею за бедноту вроде меня.
— Так, со Стасечкой разобрались, — оборвал ненужные словоизлияния Уил, — теперь перейдём к делу. Рассказывай, что ты там видел. Да постарайся ничего не упустить и не приукрасить, а то придётся девушку расспрашивать.
Угроза подействовала, и Кроник принялся рассказывать.
— Ну, пошли мы, значит, в холмы. Ну как мы, Стасечка вроде как козу пошла искать, а я, значит, просто так. За мной-то никто не следит. Ждём мы, значит, в развалинах Стасечку...
— Стоп-стоп-стоп, — притормозил рассказчика Уил. — Какие ещё развалины? И с кем вы ждали Стасечку? Был ещё кто-то третий?
— Дык, я же говорил, коза, — досадуя на непонятливость приезжих, пояснил Кроник. — Стасечка-то пошла козу искать, а я её, значит, увёл перед этим, чтобы потом найти можно было. За коз у Уржиков Стасечка отвечает. Поутру доит, потом на выпас...
— С козами мы тоже выяснили, — прервал романтические воспоминания ликвидатор, — теперь расскажи про развалины. Чьи они, где находятся.
— Чьи, чьи. Ничьи! Наши туда не ходят. Дурное про них рассказывают.
— А зачем же вас понесло?
— Дык потому и понесло, что никто не ходит там. Я же говорил, если староста увидит Стасечку со мной, зашибёт.
— Показывай дорогу к развалинам! — Уил завёл машину.
— Не-не-не, я туда больше ни ногой! — воспротивился Кроник. — Там муть.
— Покажешь туда дорогу и можешь быть свободен! — жёстко вступила в разговор молчавшая до того Тапайра. — Или я тебя у всей деревни на виду туда за уши протащу. А староста будет дорогу показывать! И развалины покажешь, и то место, где муть видели. Кто видел муть? Ты или Стасечка?
— Я один, — признался несговорчивый свидетель, — Стасечка с козой больше за компанию орали. Хорошо хоть никто не услышал, а то бы староста...
— Где развалины?!
Что уж страшного увидел Кроник в глазах Тапайры, но он гулко сглотнул и трясущейся рукой указал направление. Уила подгонять было не нужно. Кажется, напарница не на шутку встревожилась. Машина быстро проскочила наезженную часть дороги и резко остановилась на краю колосящегося поля. Дальнейший путь пролегал через него.
— По полю не проедем, — Уил стукнул по оплетке руля.
— Да и кто ж вам позволит, поле-то старостино, — решил вставить ценное замечание Кроник.
— Выходим! Куда пошёл? — Тайпа с совсем неженской силой ухватила парня за руку и дёрнула на себя. — А кто дорогу показывать будет?
— Дык, сказали же, что выходим, я и подумал, что уже не нужен, — заюлил Кроник. — Да и чего там показывать, вон они, те холмы, их и из домов видать. Я пойду, а?
Тапайра уже не вслушивалась в слова горе-проводника. Она внимательно всматривалась в небольшие пригорки, гордо именуемые местными холмами. Очнулась только тогда, когда дёрганье Кроника в её захвате стало уж совсем паническим.
— А, это всё ещё ты, — она отвлеклась на вконец испуганного проводника. — Спасибо, что помог. А теперь беги до деревни, как будто за тобой та самая муть гонится, и всем деревенским скажи, чтобы пока сюда не совались.
Невезучего ухажёра дважды уговаривать не пришлось. Уил даже перешёл на магическое зрение, чтобы убедиться, что никакой мути за ним не гонится. Ничего, только небольшие облака пыли, выбиваемые из дороги босыми пятками.
— Что скажешь? — обратился он к напарнице.
— Пока ничего конкретного. Я не сильна в определении дара, тем более, непроявленного. Но если этот Кроник непроявленный тёмный, то он мог видеть либо последствия, либо предвестники прорыва. Ещё и коза эта. Животные гораздо лучше людей чувствуют магические возмущения пространства. Идём! — и Тапайра бодро направилась к тем самым холмам.
Едва заметная тропинка уверенно бежала вперёд. Похоже, описанное свидание было далеко не первым, или же уединённым местом пользовалась не одна пара сельских влюблённых. Что тут скажешь, жизнь есть жизнь.