Черная вдова полностью

– Не надо, – сказала Милли, смутно чувствуя, что происходит что-то не то. Делоре успокаивающе погладила ее по волосам.

– Ты же хочешь домой, Милли. Это твой волшебный билет.

– Я не понимаю.

Делоре поцеловала ее в щеку, затем приобняла за плечи.

– Ты проглотишь эти таблетки и уснешь. И потом проснешься в Льеде. Или в Торикине. Где захочешь.

– Правда? – недоверчиво спросила Милли.

– Конечно. Разве мамочка может соврать?

Милли вырвалась из объятия Делоре, отстранилась и внимательно посмотрела на нее. «Какой чистый взгляд, – отметила Делоре. – Но не надейся, что тебе удастся меня разжалобить». Ее безразличие было так же холодно, как вода, затопившая дом.

– Ну же, – мягко поторопила она. Возможны и более грубые методы. Стиснуть шею… выждать, ощущая под пальцами угасающую пульсацию. Но что-то мешало. Неужели какие-то запреты еще сохраняли свою значимость? Она потянулась к дочери – медленно, медленно – и отпрянула, будто обжегшись.

Милли проглотила первую таблетку. Чувствовалось, что она боится, но не решается возразить. Воля матери сдавила ее, как удав кролика.

– Продолжай, – Делоре налила стакан воды и поставила его перед дочерью.

Шести таблеток оказалось вполне достаточно. Вскоре Милли уронила голову на стол.

– Посиди пока, – Делоре усадила дочь поудобнее. Та, обмякшая, походила на тряпичную куклу. Казалось, ее руки можно согнуть под любым углом.

В ванной Делоре включила воду. Проверила рукой – не слишком ли горячая? Хотя, в сущности, какая разница? Ожидая, пока ванна наполнится, Делоре присела на стиральную машинку, зажав ладони между коленями. Собственное спокойствие было столь же приятным, сколь и удивительным. Ее взгляд коснулся стены там, где раньше было зеркало… Ничего вместо него, просто прямоугольник зияющей пустоты…

От воды поднимался пар. Мысли Делоре тоже были как пар, не имели четкой формы, рассеивались. Она ощущала присутствие Нилуса, но не могла понять, одобряет он или же осуждает ее действия. Ванна наполнилась, и Делоре выключила воду. Вышла, оставив дверь открытой. Ноги привыкли к холоду воды, пальцы больше не сводило.

Дотащить дочь до ванной оказалось нелегко – Делоре совсем ослабла. Исходящее от детского тельца тепло показалось промерзшей Делоре жаром.

С облегчением положив Милли в ванну, Делоре присела на край, вглядываясь в лицо дочери сквозь слой прозрачной воды. Изо рта Милли вырвались несколько пузырьков. Волосы поднялись к поверхности и походили на водоросли. Делоре припомнилось, как в детстве она купала свою куклу – могла бросить ее в ванну и так оставить на час. «Но Милли не кукла, и сейчас все так реалистично, – подумала Делоре. – Как будто происходит на самом деле».

Милли дернулась, и Делоре прижала ее ладонями ко дну ванны. Переждать всего-то три минуты, а затем мозг начинает умирать – она где-то читала об этом. Сама Делоре, по рассказам матери, родилась вся синяя. Докторам пришлось повозиться, чтобы заставить ее задышать. Вероятно, ее мозг был значительно травмирован. Ведь должно же быть какое-то объяснение, как она может совершать такие ужасные вещи. Ведь если только задуматься… так страшно.

Милли, как маятник, раскачивалась между желанием выжить и тяжелым химическим сном, то дергаясь, то замирая. Делоре закрыла глаза, пытаясь не замечать поднимающуюся внутри волну сопротивления. Она должна избавиться от дочери… Зачем? Потому что она мешает. Потому что он убил их. Но зачем, проклятье, зачем?! Ее зрачки метались под веками. Это чувство… как будто падаешь в обморок… все непонятное и черное, и вдруг – квадраты белого кафеля… и вьюга, составленная из красных точек… и потом все стало красным.

Милли кричала – не по-настоящему, конечно. Какой крик возможен там, где нет воздуха? Кричала только ее душа, не задействуя связки и горло, но Делоре все равно услышала. Так Милли не вопила даже на той лесной прогулке, когда возле самого ее носа вдруг свесился огромный серый паук, раскачивающийся на паутинке…

– Хватит.

Слово задело ее, но ее чувствительность была слишком низкой, чтобы оно смогло ее потревожить.

– Хватит, – повторил голос. Повелительно, с нажимом.

Делоре замерла. Сквозь стекло воды на нее смотрели широко раскрытые, полные ужаса глаза дочери. Делоре огляделась. Никого. Впрочем, она не могла быть уверена в объективности того, что видит в данный момент. Возможно, где-то существует реальная версия этой ванной комнаты, где под ногами не плещет ледяная черная вода и над плечом Делоре нависает торикинец, шокированный происходящим. Кто знает? Для Делоре все заслоняли видения.

– Давай, быстро! – пулей вонзилось в ее затылок.

Делоре подскочила, как пружина.

– Мы должны вытащить ее! – голос торикинца исходил прямо из пустоты.