— Слушайте, не знаете, где тут мой Фил сидит, в какой кладовке? — жалобно спросил я у друзей. — Надо хоть повидать его!
Мне повезло — Эбердин вызвалась меня проводить. Карл, возможно, тоже мог бы это сделать, но вытаскивать его из-за стола, когда там еще имеется еда, дело зряшное.
Такое ощущение, что растение учуяло меня издалека, поскольку, как только я открыл дверь, меня оплел десяток веток, шелестя листвой. Это обниматься ко мне Фил так полез, как видно, и впрямь серьезно соскучился. А может, оголодал. Или и то и другое сразу. Но мне приятней думать, что все-таки соскучился.
Он мне еще что-то рассказывал, щелкая своим цветком-клювом, но что именно, я не понимал. Скорее всего, жаловался на Рози. Или ругался на меня за то, что я совсем о нем забыл.
— Надо же, растение безмозглое, а туда же. — Эбердин цокнула языком. — Скучало. Как человек прямо.
— Не он один скучал. — Я погладил листву, изрядно отросшую на ветках. — Эби, водички не принесешь кувшин? Хоть полью его.
Эбердин покинула нас, а я, выглянув из кладовки и проверив, что никто рядом с ее дверью не стоит, быстренько резанул себе руку клинком все той же дрянной «церемониальной» шпаги, принадлежащей кому-то из наших благодетелей Парисон. Мне ее вернул Рикардо перед тем, как отбыть вместе с Луарой.
Фил моментально учуял солоноватый запах и прямо-таки заплясал рядом со мной на своих корешках, а после раззявил клюв, подставив его под стекающую с моей ладони кровь.
Наверное, со стороны это смотрелось страшновато. Сами посудите — зеленая нежить поглощает человеческую кровь, от подобной картины иные девушки вообще в обморок могут упасть. Но я настолько уже к этому привык, что вовсе не обращал внимания на насыщающееся растение и знай думал о своем.
Например, вот интересно, расскажет Монброн брату Рози правду о том, что дальше станет с его семьей? В смысле, кто всем заправлять в ней станет? Ну, при условии, что все закончится так, как хочется нам.
Я бы рассказал, и на то есть много причин. Во-первых, тайное все равно станет явным. Во-вторых, этот Гейнард не из тех, кого стоит злить и уж тем более — использовать в своих целях, ничего не давая взамен. Нет, я знаю, что услуга, которая уже оказана, не стоит даже самой плохонькой медной монеты, но есть такие люди, с которыми даже одеждой рассчитаешься, лишь бы они исчезли из твоей жизни. Этот — из таких.
Ну и в-третьих. Кто знает, что будет с нами дальше?
Как мне потом рассказал Карл, мой друг Монброн и Гейнард беседовали долго. Где-то час, если не больше. А вот я сам по этому поводу ничего поведать не могу, поскольку в кладовку, где я общался с Филом, нагрянула Рози, ухватила меня за руку и потащила за собой. Даже Эбердин не дала дождаться.
— Отстань, растение, — попутно отпихнула она сердито растопырившего ветви Фила ногой. — Не до тебя.
В цоканье клюва моего питомца, раздающемся за закрытой дверью, я отчетливо слышал: «Предал, хозяин. На девушку друга променял!»
Да никого я ни на кого не менял. Просто я и в самом деле соскучился по де Фюрьи. Странно — когда она далеко, я про нее почти не вспоминаю, ну, как о женщине, имеется в виду. Про Аманду вспоминаю, а про нее — нет.
Но стоит только мне ее увидеть — и все. Я ощущаю, насколько по ней соскучился, как хотел ее видеть и что было бы неплохо найти какое-нибудь уютное и укромное место. Вроде того, куда она сейчас меня привела. Это было именно то, что нужно. Небольшая комната с надежной дверью и большой кроватью. Чего еще желать для счастья? Разве что горячую ванну?
Мой тактичный друг Гарольд поскребся в нашу дверь только часа через три после того, как мы ее закрыли за собой.
— Эраст, — негромко сказал он. — Все понимаю, но нам пора. Король у нас лихой, непредсказуемый, возьмет да и уедет опять из города куда-нибудь, на охоту или в одно из своих имений. И тогда сидеть нам в этом доме неделю или две. На стены от скуки полезем, имей в виду.
— Стало быть, договорились они с Гейнардом, — как мне показалось, с разочарованием произнесла Рози.
— Выходит, что да, — подтвердил я, вставая. — Вот только надо будет уточнить, все ли он получил, что хотел?
— Ты сейчас о ком именно речь ведешь? — Рози села на кровати, не обращая внимания на то, что одеяло почти не скрывало ее обнаженное тело. Хотя оно и понятно — какие секреты между нами могут быть? — О Монброне или о моем брате?
— Об обоих, — ответил я, натягивая штаны. — Одевайся, пошли новости узнаем.
Помимо Гарольда, за дверью обнаружился и Гейнард, он стоял рядом с моим другом и что-то негромко ему объяснял.
Скажу честно — на душе сразу стало как-то неуютно. Нет, он вроде дал понять, что ему до наших отношений дела нет, но все же…
— Братец, ты даже вышел к людям? — изумилась Рози, поправляя волосы. — Это событие надо отпраздновать. Ну или занести в какие-то фамильные хроники.
