Хочется слушать свой подоконник и греть пироги в духовке. Стройные слова в московских текстах ускользают, проходят по касательной от ближайшей извилины. Жизнь выскальзывает из всех графиков, перетекает в интуитивное существование. Тепло или холодно, острое или сладкое, каблуки или кроссовки, с неба льет или сыплется манкой?
Иногда между домами видно 30 сантиметров зимнего моря цвета грифеля. В принципе всегда знаешь, где оно. И едешь либо вдоль, либо К, либо ОТ него. Бывает, море только пахне́т и даже не покажется, но присутствует и волнует рядом. К нему хочется. Так просто и подышать. И чтоб на кожу осела соленая морось.
Влажность заползает через кожу, ты расслабляешься, а если вдруг и солнце в окно, и воробьи истерически чирикают, тут же появляются эти прекрасные махачкалинские мысли «сегодня уже ничего не делать и пойти к Лене поговорить, как жить дальше. А по дороге купить тот новый тортик, очень легкий, понимаете, без теста почти…» – «Он невероятный», – сказал Махмуд. А когда Махмуд говорит «невероятный» – значит, надо как минимум пригубить.
А щучья икра, страшно свежая, пахнущая уютным речным дном, да на свежем хлебесмаслом… С корочкой. А кофе надо брать только «живой» и молоть в армянской кофемолке в пыль. В пыль! Только так! Иначе ерунда получается.
Сегодня прям с утра сяду и ка-а-а-ак поработаю, думаю я. А с утра начинаются резкие движения в окружающей атмосфере. Салюты, салаты, компоты. Ты едешь к нам или нет? Открой вон тот баллон! Это черная смородина или виноград такой? Терпкий.
А чуду с тыквой?
«В том кафе закажи, где они добавляют специю прикольную…»
– Э-э-э, гараж! Прикольная специя – это тмин!
– Новую «выпечку» пробовали? Название пафосное, но лимонник шикарный.
– Я не могу есть в кафе, где даже на блюдце золотая лепка, не говоря о стульях и потолке.
– Говорю, лимонник попробуй там.
– Шамайка – это рыбка, как тарашка, только жирней, классика к пиву. Взять?
– С охоты зайца привезли, готовят в гараже там. Три дня охотились на трех машинах, два раза застряли, толкали, ночевали в поле, привезли одного зайца. Но вкусный был, базару нет.
– Юля открыла салон красоты. Надо идти и делать там ВСЕ! Можно так? Прийти и сделать там сразу ВСЕ?
Оказывается, для того в Махачкале и на земле существуют салоны. Идешь сначала туда, делаешь ВСЕ, и только потом без единого пятна и волоска на солнце – по гостям и свиданиям.
Завтра точно. Решаю я и верю в себя, как учат коучи. Завтра поработаю. В инет ни ногой, в город тем более – сосредоточусь и-и-и-и!
Но вот прекрасная мысль про массаж. В Махе дешевле, и ездить недалеко. Надо ловить момент. Начинаю ходить на массаж. Возникают странного рода проблемы: «Куда-куда ты? И что теперь? Из-за твоего массажа пять человек будут сидеть и не начинать?»
А еще хочется к Савельевой на дачу. У нее в январе цветут ирисы и розовеют маленькие клубнички на грядках – просто, чтоб сделать Савельевой приятное. Как в сказке «Двенадцать месяцев». Потому что Савельева – художник, она на светлой стороне.
Дальше обступают девочковые заботки. На ногте облетел новогодний шеллак, надо обновить, записываемся. У сережки оторвалось ушко и потерялся маленький камешек, надо отдать в ремонт в ювелирную. Договариваемся, едем.
– Девушка, ало, вы почему не выходите к такси? Водитель 20 минут ждет.
– Я уже доехала куда надо и чай пью. Это не ваше такси было?
– А это вообще такси было? Вы уверены? В следующий раз осторожней.
И все заверте…
Дел становится все больше, и все важные, мыслей не остается. А если появляются, их тут же можно заесть, запить, от них можно уехать в поле, в горы, к морю, заползти в подвал играть в нарды или, наоборот, сходить посмотреть на скульптуру и графику и прочее очень актуальное искусство.
– Что на выставку не пришла? Нет, это другая. Вчера была в музее города, а та в галерее. А завтра…
– В горах сейчас красиво, но холодно. Можно поехать на лыжах кататься в Чендыр-Чиро. Вчера пацаны вернулись, сказали: «Снег есть». Что тебе еще надо, чтоб кататься? Умоляю, какой сервис?
– О лимонады! Ручная работа, прям при нас? Сколько видов? Будем сначала смотреть, потом пробовать. Махмуд, может, давай прямую трансляцию? Почему? Да у вас сутками живут в состоянии прямой трансляции в инста!!
– Тут ниче не ловит.
– Ты далеко? На углу семки возьми и папиросы.
– На кабана – едем? С тепловизором метров с трехсот каждая мышка видна. На снегу! Ночью! Зайцы, лисы, волки попадаются…
– Видел глаза? Это лиса, стреляй!
Лиса почему-то остановилась. Стояла, смотрела в нашу сторону, приглядывалась зачем-то, упала на бок. И через минуту уже лежала в машине спиной ко мне, тело и роскошный хвост болтались в разных амплитудах, и сразу запахло, как в вольере зоопарка, диким зверьком.
– Ну вы убийцы.
– Ты молчала, пока я целился.
– Папа, я так на тебя похожа, даже в мелочах.
– Я это замечаю и вздрагиваю!
– Приезжай вечерком, будем играть в слова.
– Да ладно. Это как в города, что ли?
– Ну ты не в теме. Англичане называют это скрабл, а советская промышленность переименовала в «Эрудит».
