– Юля, – начал Еврин, – тебе надо взять образцы атмосферы на анализ и попробовать соскоблить фрагменты стеклянного покрытия.
– Сделаем, – произнесла биолог.
За окном Еврин увидел движение света – будто смещался луч прожектора, направленный на «Гефест» из-под поверхности.
– Китайцы! – воскликнул ученый и прижался лбом к стеклу иллюминатора, пытаясь заглянуть налево, туда, откуда шел луч.
Несколько человек встали со своих мест. Храмов подбежал к Альберту Ивановичу и тоже попытался рассмотреть гостей.
– Надо на улицу! Быстро! – Еврин отпрянул от иллюминатора, случайно толкнув Максима, и бросился к лестнице. Некоторые члены команды остались сидеть в недоумении, кто-то медленно встал с растерянным видом, не понимая, что делать дальше, но большая часть экипажа помчалась вслед за Евриным. Люди в спешке заскочили в свои каюты, надели комбинезоны, прицепили кислородные баллоны, а маски натягивали на лица уже на ходу, продвигаясь строем по тесному коридору к шлюзу. Первым по трапу спустился Еврин и увидел подошвы ног, стоящих на той стороне двоих китайских космонавтов. Одеты они были в ярко-кислотные комбинезоны, а в остальном выглядели так же, как и российские исследователи Гавани. Команда «Гефеста», точнее, те люди, что выскочили на улицу, тут же принялись кричать и махать руками, хлопать ладонями по поверхности планеты возле находящихся внизу китайских коллег, но те не обращали на это внимания. Двое китайцев, задрав головы, рассматривали сгоревший «Гефест». Потом один из них подошел к сожженному трупу и сел возле него на корточки. Еврин подбежал к китайскому космонавту и упал на четвереньки над ним или… под ним… Ученый несколько раз постучал ладонью по стеклу, потом включил свой нагрудный фонарь и направил луч света прямо тому в лицо, но светлее с той стороны не стало. Члены экипажа «Гефеста» продолжали кричать и топать ногами. Китайский коллега встал и прошел к трапу корабля, а за ним подошел и второй. Вдвоем они поднялись по ступеням и скрылись в шлюзовом отсеке.
– Успокойтесь все! – крикнул Еврин, поднимаясь на ноги. – Они нас не видят. Должно быть, вместо этого экраны демонстрируют им их изображения.
На удивление, двое китайцев практически сразу же вышли обратно. Быстрым шагом они направились в сторону своего дрона.
– Почему они уходят? – спросил Толя, стоящий позади Еврина.
– Увидели там что-то ужасное? – предположил Марк.
– А что там может быть более ужасное, чем тут? – спросил программист.
– Может, командир приказал не заходить пока что внутрь, – сказал Храмов.
– Толя, давай лети за ними! – крикнул Еврин, – быстрее, не упусти! Чтоб потом не искать их!
Звезда побежал к дрону.
Китайские космонавты скрылись из виду. Но это уже не важно, потому что Толя смог выставить направление их полета у себя на автопилоте. Дрон Звезды летел четко в ту сторону, куда под поверхностью умчался практически такой же по конструкции дрон китайцев.
Звезда набрал высоту, надеясь увидеть свет иностранных коллег, которому, по идее, при таком взаимном расположении ничего не препятствовало. Он находился на высоте пятьсот метров над поверхностью, но в том направлении, куда улетели китайцы, была тьма. Позади все так же сиял «Гефест». Дрон Толи тоже сиял на полную – прожектора светили во все стороны.
– Странно, они будто исчезли, – сказал Толя в чат.
– Лети в их сторону, – сказал Еврин.
– Я лечу, – Толя направил дрон на снижение.
В нескольких метрах под ногами проносилось стеклянное покрытие, освещенное желтыми лучами. Звезда намеренно летел так низко, чтоб лучше видеть обстановку на той стороне Гавани. Но обстановки никакой не было – за стеклом темнота такая, будто Толин взгляд упирался в непрозрачную черную стену. Неяркое призрачное отражение дрона можно было разглядеть под настоящим летящим дроном.
– Все… бесполезно… – произнес Еврин, – можно возвращаться.
– Почему? – спросил Храмов.
– Потому что мы не сможем их увидеть, если у них там нет света. А света у них, как мы могли только что наблюдать, нет.
За стеклом Звезда увидел черный обугленный корабль китайцев. Длинный пятидесятиметровый шаттл, перевернутый с точки зрения Толи, распластался по поверхности.
– Вижу! Вот он! – крикнул картограф. – Вы видите его?!
Звезда остановил дрон в нескольких метрах от корабля. Возле шаттла в разных местах лежали превратившиеся в уголь китайские космонавты, в стороне, метрах в двадцати, стояли обугленный дрон, буровая установка и ровер, но на внутренней части планеты всего этого не было. Толя насчитал двенадцать трупов. Когда в чате поднялись возгласы, Еврин снова отключил всех, кроме себя, Храмова и Толи, но команда могла их слышать. Ученый, вместо того, чтобы прокомментировать внезапно сгоревший и уже остывший корабль, произнес совсем не связанную с этим событием реплику:
– Если наш свет туда не проходит, а они сами света не излучают, то как мы видим их? Как мы видим так четко корабль, дрон, трупы?
– Все просто, – сказал Храмов, – надо признать, что сейчас свет туда проходит, отражается от объектов и возвращается назад.
– Тогда почему китайцы не видели нас? – спросил Толя.
