– Впрочем, имущества ваш сеньор лишится точно, клянусь краснопузой лягухой! – уверил Тогинаро, – Как бы только нам от этого не пострадать. Я-то вроде как посторонний, а вот ты…
– А я с этой… как его… С Корриды! – ловко нашёлся кадет, вспомнив советы сеньора.
– С Кареды, ты хотел сказать? Ну-ну, – молодой дьяблос с сомнением покачал головой, – Ври дальше. Твоё счастье, если тебе поверят!
Важный, сопровождаемый бывшими слугами сеньора Ромуальдо, в залу вошёл Рогойо – бывший нищий дьяблос, а ныне – «новый кабальеро», как здесь называли подобных. По-хозяйски уселся в кресло перед камином, вытянул кривые ноги. Жека фыркнул – сеньор Ромуальдо хотя бы выглядел благородно, не то, что это чучело.
Нехороший взгляд маленьких глаз Рогойо – сеньора Рогойо – остановился на кадете.
– Что делает за моим столом этот проходимец? – злобно заверещал новый хозяин замка, – Слуги! А ну-ка всыпьте ему полста плетей, да бросьте в темницу! Чтоб знал!
Жека и ахнуть не успел, как сильные руки слуг схватили его и проворно поволокли вниз по лестнице.
– А не слишком ли это много – полста плетей? – услышал он голос Тогинаро, – Он тогда точно окочурится. А ведь можно было б продать.
Рогойо вновь заверещал, типа того, что не нуждается в советах каких-то там болотных людишек… однако, когда пленника уже тащили по двору, «новый кабальеро» соизволил-таки высунуться в окно и хрипловатым недовольным тоном снизил количество плетей до двадцати. Всё таки последовал разумному совету «болотного человечка» Тогинаро!
Двадцать плетей тоже оказалось очень много. Слишком уж много для Жеки. Так его ещё никогда не били… Он и не старался изображать из себя несгибаемого героя – орал во весь голос. Всё больше ругательства…
Последние пять ударов помнил плохо. Даже почти не почувствовал, как его вытащили из кузова, где, собственно, и происходила экзекуция, как протащили волоком по двору и снова забросили в маленькую тюрьму в дальнем углу замка…
Женька перевернулся на живот и чуть слышно застонал – плакать уже не было сил. И ещё очень хотелось пить. Мальчик даже пытался лизать влажные стены. Получалось плохо – то ли язык оказался не очень приспособленным к подобной операции, то ли стены не были слишком сырыми. Избитый пленник забылся тяжёлым сном, полусном – полубредом, проснувшись лишь от прикосновения чьих-то холодных рук.
– Кто здесь?
– Лежи спокойно! И постарайся не шуметь! – прошептали в ухо. Жека узнал Тогинаро.
– Терпи, сначала будет больно, – предупредил молодой дьяблос, и кадет почувствовал, как на его исполосованную спину словно вылили кипящее масло… Он и заорал бы, если бы Тогинаро предусмотрительно не зажал ему рот. Через пару минут кадет, к немалому своему удивлению, ощутил приятную прохладу, боль словно ушла куда-то, сгинула, растворилась в неведомом снадобье.
– Сейчас совершим с тобой небольшую ночную прогулку, – тихо произнёс Тогинаро.
– С чего ты взял, что я сейчас склонен к прогулкам? – пленник насторожился, он вполне резонно не видел особой причины хоть кому-то здесь доверять. Кто знает, зачем он понадобился молодому дьяблосу, вид которого явно не внушал особого доверия?
– Рогойо сообщил о тебе в Коронную Палату, – поведал Тогинаро, – И обо мне тоже. Ты знаешь, как в Коронной Палате поступают с чужаками… и со всеми, кто с ними связан?
– И как же? Высылают обратно на их планеты?
– Варят живыми в кипящем масле!
Услышав такое, Женька кашлянул и тут же выразил полную готовность немедленно совершить ночную прогулку. И чем дальше – тем лучше.
Никем не замеченные – Тогинаро подсыпал Рогойо сон-травы, а остальные обитатели замка и без того привыкли ночами напролёт дрыхнуть без задних ног – новые приятели пробрались в гараж. Тускло поблёскивал открытый капот грузовика. Пушки в кузове не было. Либо уже конфисковали, либо запасливый кабальеро успел её где-нибудь припрятать.
– Умеешь управлять? – поинтересовался молодой дьяблос.
Жека презрительно скривился. Этаким-то примитивом? Детский вопрос. Тут и курица справится.
Он быстро взобрался в кабину… и тут же вскрикнул от боли – спина всё-таки иногда давала себя знать.
– Вылей-ка в бак вон то ведёрко. И покрути ручку под капотом… Давай! Ага, ага… Прыгай! Говрю,в кабину давай! Поежали!
Двигатель завёлся с пол-оборота. Тогинаро овко запрыгнул в кбаину. Выжав сцепление, Жека осторожно вывел тяжёлую машину из гаража и медленно поехал к воротам.
– Стой! Стой! Куда? – выскочил из караульной будки дремавший там стражник.
– Притормози и помалкивай, – шепнул Тогинаро и высунулся из двери.
– Именем Коронной палаты! – громко крикнул он, покачав перед носом стражника какой-то желтоватой бумагой, – Перегонка конфискованного имущества. Давай, шевелись, открывай ворота!