Нет, на космофлот и галактическую полицию надеятся совершенно напрасно – слишком уж далёка система Кошачий Глаз от любых центров цивилизации. Медвежий угол. Дикий, далёкий и никому не нужный, кроме, как проживающим на Эль Койоте расам, людской и дьяблосам… а теперь – и лично ему, кадету Евгению Лейкину! В память о погибших родителях… Кстати, а работает ли ещё тот передатчик с родительского корабля? Должен. Хотя, честно-то сказать – надежда слабая. Ну и пусть! Хоть какая! Надо бы предупредить каредцев. Кого только?
– Вижу, вы знаете обо всём этом куда больше, чем говорите, господин Лейкин! – состояние души мальчика не укрылось от опытного взгляда сыщика.
Женька лишь махнул рукой.
– Кстати, полковник, – он хитро прищурился, – А откуда вы так хорошо знаете староспанский?
– Я когда то учился в кареданском университете, – старый сыскарь пожал плечами, – на два курса старше, чем Антонио Луэрдано. За сим разрешите вас покинуть? Дела, знаете ли.
– Да, да, конечно… Полковник! – кадет внезапно вскочил со стула и задержал начальника полиции в дверях, – Полковник… я… я благодарю вас! А ваши агенты… Это очень смелые люди.
– Спасибо, я передам ваши слова, – полковник ободряюще улыбнулся, – понимаю, как вам трудно, особенно, в столь юном возрасте. Можете рассчитывать на меня и на моих людей тоже. Вот моя визитка, там домашний адрес.
Начальник полиции кивнул, прощаясь, и Женьке вдруг почему-то захотелось, чтобы этот человек не уходил. Было здорово встретить здесь… нет, не друга, но, хоть кого-нибудь, чьи мысли хоть в чём то совпадали с мыслями его, Женьки Лейкина…
Устало опускаясь в кресло, мальчик обхватил голову руками, немного посидел так, раскачиваясь из стороны в сторону, вспоминая…
Орса… Корпус… Дальние звездолёты… Господи, как всё это было теперь далеко! Будто и не было! Как хорошо было бы взять и очутиться сейчас на занятиях! Подстроить кому-нибудь какую-нибудь весёлую штуку… типа как тогда, в столовой. Повеселиться вместе с Майком. Поиграть, побеситься, побегать! Боже, как надоело быть взрослым в тринадцать лет!
Дружище Майк… Как он там, на Плутонских линиях? А сёстры Моськины? Они же здесь. Скорее всего – в Кареде. Жаль, он так и не сумел их отыскать. А, если скоро война? Разгневанная толпа, врывающаяся в кабинет наместника ненавистной Кареды? Что они с ним сделают? Можно представить… И этот Шрайдер… капрал Шапс… Вот не ожидал, что они окажутся врагами. Настоящими врагами – злобными, хитрыми, беспощадными. А Бангин? Он-то, наверняка, свалит, как только начнутся военные действия… если уже не свалил. Нет, не должен бы – ещё всё не выкопал. Бангин… Контрабандист и чёрный археолог, но, в сущности, неплохой человек.
А теперь – и единственная надежда! Вот кто может сообщить в галактическую полицию обо всех мерзостях, творящихся на этой забытой планете! Только бы он ещё не улетел! Надо попытаться отыскать. Пока не поздно.
Кажется, глава местной полиции – умный мужик – обещал содействие. Вот его визитка, здесь, на столе – «Франц Кареев. Советник 1-го класса. Недошумский переулок, дом 7» Фототелеграф, говоришь, имеется… И есть газета «Лесоруб», сотрудник которой, Фигуров, тоже что-то обещал. А что, если дать информацию для Бангина через эту газету? Отправить номер в Кареду по фототелеграфу… А Бангин прочтёт? Надо сделать так, чтобы прочёл, что бы обязательно прочёл, иначе не стоит и заморачиваться! А как это сделать? Может, попросить полковника? Боже, как я устал!
Когда секретарша принесла чашку дымящейся гуавы, она увидела Женьку неподвижно сидящим в развёрнутом к окну кресле, устремив бездумный взгляд куда-то вдаль, в сторону далёких загородных холмов, поросших сиреневым лесом. Официальный представитель Кареды даже не пошевелился, когда принесли горячий напиток. По лицу его медленно текли слёзы…
Поздно вечером, в комнату доходного дома госпожи Бураковой, что снимал журналист Фигуров, постучались. Журналист пригасил настольную лампу, сунул в карман револьвер и, подойдя к двери, осторожно спросил – кто?
– Я… Женя… Эженио Лейкин, – тихо тветил из-за двери знакомый мальчишеский голос, – Пожалуйста, откройте.
– Прошу вас, – обескураженно протянул Фигуров, впуская нежданного гостя. Войдя, Жека осмотрелся. Узкая, как пенал, комната. Накрытая пледом кушетка. Старый письменный стол, на столе лампа. Керосиновая, под синим абажуром… Не очень-то богатая обстановка.
– У меня к вам просьба, Аристарх… не знаю, поймёте ли.
– Весь внимание.
Женька засиделся в гостях долго. Неплохим парнем оказался этот бородатый журналист, Аристарх Фигуров. Угостил гостя агувой и сидром. Потом показывал свои статьи, рассказы, эссе. Сыграли в шахматы. Жека проиграл, конечно – в Корпусе не слишком-то шахматы жаловал, всегда предпочитал домино.
Потом пришла Люся Реномова – симпатичная девушка лет двадцати – невеста Фигурова. Пришлось ещё раз пить агуву с принесёнными Люсей пирогами. Она даже настояла, чтобы Женька взял несколько пирогов с собой. Ну, он взял, а что – отказываться, что ли, тем более, что пироги оказались вкусными.