Он уселся на низкий бетонный блок, валявшийся рядом с оградой, упёрся локтями в коленки, обхватив голову руками.
– Поза отчаяния, – прокомментировал Майк. – Характерна для лиц с неустойчивой психикой.
– Хочешь, песком швырнусь?
– Вот я и говорю – для лиц с неустойчивой… А ну, выкинь песок обратно! Вы… А вот и не попал! Не попал!
– Да я не очень-то и хотел, – Жека невесело улыбнулся и вдруг взгляд его замер…
– Ты что? Ты что там увидел? – завертел головой Майк.
– «Андромеда», – прошептал Женька.
– Сам вижу, что «Андромеда»… Ой! Не хочешь ли ты…
– Именно! А куда нам ещё деваться?
Майк с сомнением почмокал губами и заявил, что Женька никто иной, как самый настоящий авантюрист.
– Сам ты авантюрист, – отмахнулся тот. – Ты не критикуй зря, ты послушай! Видишь какую-нибудь охрану здесь, кроме, естественно, Шапса? Нет? Вот и я не вижу. А значит, вся эта шайка чувствует себя здесь в полнейшей безопасности! И на «Андромеде», стопудово, никакой охраны нет, кроме вахтенных. Короче, делаем так…
Связанный капрал истекал потом, в страхе ожидая возвращения бывших пленников. Что с ним сделают – об этом он старался не думать. Но, всё равно, думалось. А когда думалось, то становилось страшно. Слишком много зла он причинил своим бывшим соученикам, слишком много.
Чу! Вроде возвращаются.
Шапс вздрогнул и вытянул шею. Впрочем, в низкое обзорное окно и так всё было хорошо видно. Вот оба, Лейкин и Рыжий, пошли к ближайшему ангару… вышли с канистрами… Вода? Неужели решили – в пустыню? Похоже на то… Ага! Затрещал двигатель вездехода! А вот и он сам, жёлтенький, с большими чёрными колёсами, за рулём Лейкин, рыжий в телеге с ящиками НЗ. Точно, собрались бежать в пустыню. Ну, правильно, что им ещё делать-то? Только… Только как они поступят с ним, с Шапсом? Возьмут с собой? Нет, зачем он им сдался. Лишний рот. В руках у Рыжего бластер… Остановятся? Шапс похолодел от страха… Нет! Нет! Нет!
Нет… Проехали мимо! Жизнь прекрасна! И чёрт с ним, с разносом Шрайдера, главное – жив… А эти-то, придурки… Где они собираются скрыться, интересно? В пустыне всё, как на ладони, попробуй, спрячься. И лесов тут поблизости никаких нет… то есть, на Эррозе их вообще нет, одни пустыни да чёрные каменистые нагорья с оврагами. Шрайдер предупреждал, что овраги обычно скрыты песком, но от этого не менее опасны, на хорошей скорости можно хорошо убраться. А какая скорость у вездехода? Триста выжать можно? Ну, допустим, сто пятьдесят – двести, учитывая телегу. Всё равно – прилично. Ну, скатертью дорога, придурки!
Шапс бросил мстительный взгляд в сторону пустыни и расслабленно ухмыльнулся.
Трещал двигатель, из-под колёс летел во все стороны песок, и бегущая навстречу пустыня плевала в лица беглецов нестерпимым жаром. Подскакивая на ухабах, жалобно скрипела подвеска, и Майк, сидевший позади Жеки, то и дело оглядывался, не потеряли ли что-нибудь. Впрочем, если бы и потеряли, что с того? Они вовсе не собирались долго странствовать по пустыне. Так, прокатиться немного, замести следы. Вот, кажется, подходящий овражек… Ой йо!!!
– Майк, прыгай!
На полном ходу трицикл напоролся на обломок скалы, подпрыгнул, словно раненый зверь, перевернулся, и рухнул в овраг, громыхая прицепом…
Через полсекунды секунд раздался взрыв, и оранжевое пламя ярко вознеслось к небу.
– Чего сидишь, пошли тушить, – тронув за плечо несколько обалдевшего от подобных кульбитов Майка, Жека, чуть прихрамывая побрёл к вездеходу… вернее, к тому, что от него осталось.
– Хорошо горит, – почёсывая ссадину на боку, рыжий весело улыбнулся Майк, – Счас бы картошечки! Напекли бы в золе. Знаешь, как вкусно?
– Знаю! – разозлился Лейкин. – Давай, таскай песок, гурман чёртов. Ишь, расселся! А то скоро сюда пол-«Андромеды» слетится.
Забросав пламя песком, беглецы наскоро подкрепились не успевшими сгореть остатками НЗ и быстро тронулись в путь. Надо было успеть к «Андромеде» до восхода солнца. Слава Богу, ночь на Эррозе длилась двенадцать стандартных часов, настоящая ночь, тёмная, хоть глаз выколи.
И все же, они чуть было не заблудились, хорошо Майк смог сориентироваться по звёздам и часа через три далеко впереди засверкали слабые синие огоньки. Беглецы воспрянули духом.
– Хорошо, что эта Эрроза – кислородная планета, – философски заметил Майк, – А то б куда бы мы делись, в скафандрах-то?
Женька лишь усмехнулся в ответ и попросил приятеля хорошенько подумать, а кому вообще нужны некислородные планеты, кроме их коренных обитателей.
– Шрайдер ведь не дурак, зачем ему лишние трудности на базе, – закончил он.
Аспидно-чёрный корпус крейсера терялся где-то высоко в небе, тоже таком же чёрном, ночном, неприютном. Чужое небо чужой планеты… Эрроза – запасная база преступников, именно здесь Шрайдер залечивал раны, именно здесь собирал силы. Не сегодня-завтра ждали корабли Сэттонда – разумной рептилии с далёкой системы Гаури. Большая часть команды суетилась вокруг корабля, деятельно возводя какие-то непонятные сооружения, устанавливая оборудование для защитных полей, разворачивая системы слежения и связи.