Полковник Бангин (впрочем, очень может быть, что у него была ещё и какая-нибудь другая фамилия, а то и несколько) вместе с суб-майором Фиангой Хай-Кхо были опытными офицерами Отдела Стратегических операций Секретной Службы. Борьба с работорговлей и всеми прочими противозаконными гнусностями тоже входила в их служебные обязанности. Они давно подозревали Шрайдера, только доказательств никаких не было. Однако, тайные похищения людей всё-таки происходили, особенно на дальних планетах. Вот эти-то планеты и решили держать под неусыпным контролем. А когда находились новые – старались проверить их под видом контрабандистов, чёрных археологов и иных лиц свободных профессий. Таким вот образом были получены координаты Эль-Койота, давно уже превращённой людьми Шрайдера в тайный притон торговцев людьми. Правда, на этот раз Шрайдер просчитался – капрал Шапс, посланный ликвидировать слишком много знающего Хайдера Гуэрри на планете Снежок, сделал это слишком поздно.
Второй космофлот, обеспечивающий военное прикрытие операции, по мысли разведчиков, должен был вот-вот прибыть в систему Кошачий Глаз, но что-то задерживался. И теперь офицеры знали – почему.
– Полковник, – выслушав рассказ Бангина, тихо сказал Женька. – Я хочу спросить вас…
– Знаю, – кивнул Бангин, – О родителях. Это были наши люди. Твои мать и отец. Они были напарниками, а потом стали мужем и женой. Я даже был свидетелем на их свадьбе, – Бангин вздохнул, – Восемь лет назад они исчезли. Просто исчезли. Вылетели на задание на лёгком разведчике и не вернулись. Последние их слова касались тайной базы Шрайдера в системе Кошачий Глаз. Видно, они всё-таки сели ему на хвост… Ну а дальше…
– А дальше он просто расстрелял их корабль. Чего там, всего лишь маленький дальний разведчик… И то они смогли сесть.
– Это был гравитационный удар, Женя, – Бангин покачал головой, – Они умерли сразу. Посадку произвёл автомат… Не плачь, не надо.
– Да я не плачу, – грустно прошептал Жека, – Я ведь их почти совсем не помню. Даже не знаю, что это были за люди…
– Очень хорошие люди. Очень! Поверь мне, – полковник вздохнул, – Да, чуть не забыл… – он вдруг резко поднялся и вышел… Почти сразу вернулся… с цветной голографией в коричневой деревянной рамке… той самой.
– На вот, возьми… Я забрал это у Шрайдера.
– Спасибо, – шепотом отозвался кадет.
Постепенно в кают-компании вновь собрались все. Все те, кто тактично вышел, едва разговор перешёл на личные темы. Майк, Фианга, Фигуров…
– Тогинаро говорил, его отец был христианином, – вспомнив, добавил Бангин, – Он и похоронил их, обнаружив в разбитом звездолёте посреди джунглей. Даже пометил могилы, взяв данные с личных жетонов.
– Я догадался. Вы, кажется, спрашивали о второй базе?
Бангин насторожился.
– Эрроза, – кратко произнёс Женька. – Слышали о такой?
– Эрроза? Не может быть! – майор Фианга всплеснул когтистыми лапами. – Это же углекислая планета! Вместо кислорода – углекислота.
– Ежели б там была углекислота вместо кислорода, мы бы сдохли, – не очень-то вежливо заметил до того молчавший Майк, – А мы, как видите, живы! И даже почти здоровы, вот только кушать очень хочется! Знаете, давно не обедали и всё такое…
Бангин с Фиангой переглянулись, и последний сконфуженно пожал плечами.
– Немного подождите, – улыбнулся хаттаниец, показав устрашающие клыки, – Скоро будет готов праздничный ужин.
– Надеюсь, на этот раз не из меня? – пошутил Женька.
За ужином – действительно оказавшимся выше всяких похвал, Фианга постарался – обсуждали проблему связи. Более чем актуальную в данных условиях. Маяк на Эль-Койоте был выведен из строя Шрайдером по наводке бежавшего Шапса. Офицеры разведки так надеялись на это чудо плутонских техников. Передатчик этого типа был их последней разработкой и использовал в качестве антенны всю атмосферу планеты. Такой можно было заметить издалека! Что же касается судовых систем связи – они были слишком слабы для дальних переговоров.
Ещё одна тема волновала всех – тема поимки и наказания преступников. То, что те будут рано или поздно пойманы, сомнений ни у кого из присутствующих не вызывало. Вопрос был в другом: на основании чего привлекать их к суду? Короче, нужны были свидетели. Против главного работорговца Густава Гуго Шрайдера могли свидетельствовать пожалуй лишь сёстры Моськины, и то косвенно. Другое дело – Майк. Но тот знал лишь последние прегрешения пирата. А вот Женька… Женька знал всё! Ну, почти всё… И мог это подтвердить на суде, перед целым скопищем адвокатов, перед присяжными заседателями, перед репортёрами со всех планет Федерации.
– Я выступлю, – заверил Жека. – Обязательно выступлю! И не дай Бог Шрайдер или там Шапс попытаются отвертеться. Не выйдет у них ничего. Не выйдет!
– Ты очень ценный свидетель, друг мой, – полковник согласно кивнул, – Надеюсь, ты понимаешь, чем тебе это грозит?
Женька кивнул. Ещё бы не понимал! Не будет его – не будет и судебного процесса. Ото всех обвинений Шрайдер с лёгкостью отопрётся. Ну, не с лёгкостью, но отопрётся же!