Вскоре крейсер исчез, и лишь выжженный кусок пустныни да специфический йонный запах указывали на то, что здесь только что стартовал звездолёт. Налетевший ветер быстро унёс остатки запаха, засыпал песком ожоги. Шапс тяжело опустился в песок, обхватил голову руками и дико завыл. Он не хотел оставаться здесь! Но пришлось… Нет, ему не грозила голодная смерть или гибель от жажды – остававшихся в ангарах запасов хватило бы лет на пятьдесят, однако, не в этом дело. Стационарный передатчик был демонтирован Шрайдером сразу же по прилёту и перевезён на «Андромеду», таким образом, капрал остался один – без связи, без карты, без возможности выбраться, и без друзей… Впрочем, последних у него и так никогда не было.
Эрроза находилась так далеко от обитаемых планет, что, если верить статистике, ожидать прибытия какого-нибудь судна можно было бы в лучшем случае лет через сто пятьдесят. Шапс статистике верил, потому и выл…
Капрал успокоился лишь к вечеру, когда навалившаяся вдруг усталость заставила искать ночлега в одном из ангаров. Парень скрючился в углу, на надувном матрасе, завернувшись в серое казённое одеяло, и забылся тяжёлым беспокойным сном. Ему снились кошмары: сжигающее, бьющее прямо в глаза, пламя «Андромеды», Шрайдер с огромной, усыпанной острыми зубами пастью и окровавленная голова кадета Лейкина…
Ветер заносил песком легкий открытый тягач с опрокинувшимися тележками, выл в оборванных проводах ограждения, гнал по низкому оранжевому небу тёмно-бордовые тучи. На Эррозе наступала осень – страшное время песчаных бурь.
В Ледограде шёл дождь пополам с мокрым снегом. Подняв верха колясок, кутались в пелерины редкие извозчики, и припозднившиеся прохожие старались быстрее добраться до дому. Ветер дул с моря, злой, пронизывающий, холодный. Рвал с кораблей в порту остатки парусов, свистел в мачтах, бросал мокрый снег в окна домов.
В уютном двухэтажном особняке начальника полиции Франца Кареева зазвонил телефонный аппарат – новомодное изобретение, недавно появившееся в Ледограде стараниями миллионщика Елпидиста Аристова, которому и принадлежала первая телефонная станция.
Полковник, одетый в тёплый домашний пиджак, неторопливо поднялся с кресла и, подойдя к письменному столу, поднял блестящую трубку…
– Кареев у аппарата… Здравствуйте, господин Базильев… И вам того же… Прямо сейчас? Ну, если не лень… И господин Бангин с вами? Журналистов? Хм… Ну, если только Фигурова… Что ж, милости прошу… Рад буду видеть!
Полковник сменил пиджак на парадный – чёрный с золотом – мундир, и даже прицепил узкую шпагу. Эту форму он не надевал уж лет двадцать, со смерти жены… нет, впрочем, семь лет назад он был в ней на свадьбе дочери… Кажется, это было семь лет назад… или шесть… Нет, семь, внучке же семь… Что-то они долго не идут, эти полуночные гости…
Кареев бросил взгляд на старинные часы в резном деревянном футляре… Кто-то постучал в дверь. Уже? Нет, это вошёл слуга Никодим. Доложил, что стол сервирован и спросил, подавать ли уху – всё-таки ведь уже поздний вечер.
– Уху? – переспросил Кареев и махнул рукой, – А, подавай! И не забудь наливку, ту, брусничную, что дочка прислала.
Слуга, поклонившись, вышел, и полковник снова взглянул на часы. Что-то он уже начинал беспокоиться…
По прошествии следующего часа меривший шагами кабинет Кареев решительно подошёл к телефону… И в этот момент внизу зазвонил колокольчик. Никодим тотчас открыл, и прихожая сразу наполнилась шумом: гулом голосов, чьим-то заливистым смехом, громким стуком каблуков об пол – видимо, счищали снег.
Полковник вышел на лестницу, к гостям:
– Здравия желаю, господин Городской Голова, – он чуть склонил голову, протягивая руку, – Здравствуйте, господин Бангин… Добрый вечер, господин Фигуров… Слава Богу, добрались… а то я уже собирался поднимать своих людей. Погода-то лихая, а?
– Нормальная погода, господин Кареев, – смеясь, ответствовал Бангин, – Только сыро. А это ваше чудо техники, автомобиль, застрял в первом же сугробе! Пришлось тащиться пешком.
Гости расселись за столом. С аппетитом закусили, подождали, когда Никодим принесёт горячий грог и табак.
– Собственно, у нас к вам огромное срочное дело, господин полковник, – раскуривая трубку, произнёс Дон Базильев, с недавних пор возглавивший правительство свободного города Ледограда, – Оно касается следующего…
Дело касалось сотрудничества между ледоградской полицией и инопланетной организацией, представляемой полковником Бангиным. Необходимо было в кратчайшие сроки подготовить всё необходимые документы для расследования уголовного дела, возбуждённого в отношении Шрайдера и его шайки. Как предполагал Бангин, в Ледограде можно было отыскать значительное число свидетелей по фактам преступлений, совершённых Крановым и Приходько. Да и Кузьмой Кубороговым тоже. А ведь все они были связаны со Шрайдером. Эту связь и предстояло доказать в ходе совместной работы.
– Кто будет координировать деятельность? – внимательно выслушав Бангина, спросил старый полковник.
– У моей организации уже есть весьма достойный кандидат на это место.
– И кто же это?
– Вы, господин Кареев!