После его возвращения из больницы это был… нелюдимый зверь, жаждущий крови. И я его понимаю… Еще как. Первый раз в жизни у меня буквально чешутся кулаки и хочется убить человека, который обижает слабых.
Однако я разумнее Макса, эмоции так не зашкаливают. Поэтому удается повиснуть на нем и подождать информацию. Я знаю, что Лия – человек слова: если она обещала, значит, все сделает.
Время тянется будто загустевшая карамель, плавится под летним солнцем, оставляя приторно-сладкий привкус, который можно перебить только полынной горечью.
Макс ничего не говорит, но видно, что он на распутье: не понимает, почему я так волнуюсь за Женьку, и… рад помощи.
Я не знаю, какие отношения их связывают. Иногда кажется, это нечто большее, чем просто дружба. Что-то вечное и несводимое, как чернила под кожей, впущенные не только в тело, но и в душу.
Макс не находит себе места. Мы вдвоем в квартире, Аленка удрала с Лялей на море, сообразив, что у меня личная жизнь и все сложно. Я безумно благодарна сестре за чуткость. И в то же время чувствую себя крайне нехорошим человеком. Немного спасает, что, уйдя из тени сестринской опеки, Аленка вовсю отрывается с подружкой.
Макс смотрит в окно, молча сложив руки за спиной. Весь напряжен, как натянутая тетива, только тронь – зазвенит. Но я подхожу, обнимаю, прижимаюсь щекой к его плечу. Он замирает, словно не зная, что делать. Но потом медленно обхватывает ладонями мое лицо и смотрит в глаза.
– Спасибо, – говорит он хрипло и еле слышно, будто ощущает физическую боль.
Можно сделать вид, что не поняла… Только я все понимаю. Тут не нужны слова. Пусть мы еще ничего не сделали, но уже стали сообщниками. С тех самых пор, как он поцеловал меня в том дурацком фонтане.
В дверь звонят. Я медленно выскальзываю из рук Макса и направляюсь в коридор, чтобы впустить пришедшего.
Гость впечатляет. Он высок, белокож, затянут в черное. У него разные глаза, карий и зеленый, темные волосы стянуты в хвост. Взгляд такой, что по спине невольно бегут мурашки.
– Добрый день, меня зовут Владимир Велий. Я от Лии, – представляется он и протягивает руку.
Я обращаю внимание, что на большом пальце – крупное кольцо со змеиной головой. А руки изящные, пальцы длинные и красивые. С такими можно идти в последователи магов-шарлатанов и ведьм в шестом поколении. Однако Велий выбрал совсем другую специализацию.
Частный детектив, предпочитающий работать с очень своеобразными делами, никогда не объясняет причин своего выбора. Работает только по рекомендациям, берет дорого.
Я пожимаю его руку, она оказывается крепкой. Сила в жилистом Владимире явно скрыта от посторонних глаз. Макс тоже пожимает руку детектива, смотрит оценивающе, мысленно взвешивая и прикидывая, что может этот человек.
Но пока рано что-либо говорить. Внешность обманчива. А то, что я слышала от Лии, пока играет только на стороне Владимира.
Мы оказываемся в комнате, Велий выкладывает на стол толстый бумажный конверт.
– Прежде чем я начну рассказ, вы скажете, зачем вам Демид Доржский? – сразу переходит он к делу.
Я немного теряюсь, потому что не ожидала такой постановки вопроса. Но Макса не так просто сбить с толку. Он только немного прищуривается. Кажется, думает, следует ли показать детективу «план для Демида» или просто все рассказать.
– Я хочу его убить, – все-таки останавливается он на втором варианте.
Я теряю дар речи, в голове сумбур. Хочу быстро что-то сказать, опровергнуть, сгладить острые углы, однако Владимир вдруг усмехается, сообщив:
– Прекрасно, это именно то, что нужно.
В его глазах вижу понимание. Этому человеку действительно не нужны завуалированные ответы. Пусть я осознаю: никого убивать не будут, но… Физически не будут.
– Расскажите все, что о нем знаете, – четко произносит Владимир. – Я должен услышать вашу версию.
Думала, Макс начнет возражать, потому что молчание, повисшее в комнате, затягивается. Но потом он кивает.
– Я узнал о Демиде на похоронах моего друга Эдуарда…
Снова слушаю эту историю. Искоса поглядываю на Владимира, стараюсь уловить каждую реакцию. Он идеальный слушатель: не перебивает, не уточняет, не переспрашивает. Только прищуривает глаза, сжимает губы, изредка щелкает пальцами.
Еще мне почему-то кажется, Владимир Велий скрывает в себе нечто змеиное. Затаенный яд, который сразу не увидеть и не почуять. И лучше этому человеку дорогу не переходить, потому как понятия не имеешь, что именно он сделает, чтобы показать тебе твое место.
Макс тем временем заканчивает рассказ на том, что Женя снова в больнице.
– Все почти как я и думал. Не хватало некоторых деталей, – подводит итог Владимир, и мы с Максом переглядываемся.
– Как вам известно, физическое устранение неугодного человека карается законом, – произносит он, и длинные белые пальцы разрывают конверт. – Но у меня есть предложение…
На улице темно. В машине стоит запах сандала. Никогда раньше не обращала внимания, однако сейчас он словно проникает в каждый уголок.
Владимир дал нам неплохой план для ловли Демида. Однако Макс все равно намерен действовать грубо. И… я его понимаю.
