Первая ночь прошла невероятно быстро и тихо. Казалось я только сомкнул глаза, как прозвенел настольный будильник, перебудивший всех внутри фургона, за исключением Альбы, которая уже с раннего утра разожгла костер и что-то жарила нам на завтрак. Казалось, что никто, кроме меня, не задавался вопросом о количестве еды и воды в автомобиле, но Альба выглядела слишком уверенна, именно поэтому никто из нас не сомневался в ней. В ванную комнату выстроилась целая очередь, во главе которой стояла Ювер с полотенцем наперевес. Возмущенно переглянувшись с Бруно, мы решили пройтись в лес, чтобы немного разведать обстановку и найти ту реку, что так громко шумит. Выйдя на улицу, мы увидели Альбу, которая сидела на рыбацком стульчике и читала книгу об особенностях рыбалки. Это немного рассмешило нас, особенно как все выглядело со стороны: на костре жарятся сосиски, наш преподаватель сидит в резиновых сапогах на маленьком стульчике и читает книгу о рыболовстве, да еще и с таким увлеченным видом. Поприветствовав ее, мы пошли в лес, что казался утром совсем другим, будто при свете солнца он был дружелюбным и мирным. Черные, жуткие деревья, что ночью заставляли оборачиваться от каждого шороха, сейчас выглядели так привычно. Раскидистые кроны, нежный шелест листвы, ласкающий слух, звонкое пение утренних пташек и шум горной реки, который так и манил меня с Бруно. Пробираясь между плотно растущими деревьями, мы то и дело спотыкались об корни, выпирающие из под рыхлой земли, подкалывая друг друга каждый раз после потери равновесия. Звук воды становился все громче и отчетливее, что будоражило нас интерес все сильнее и сильнее. Наконец, из-за густых зарослей колючего кустарника стала виднеться вода невероятный чистоты, отблескивающая ярким бирюзовым светом под встающим солнцем. Подойдя ближе, к самому берегу, мы были удивлены увидеть воду, прозрачную до такой степени. Казалось, что каждая мелкая рыбка, каждый камушек на дне были как на ладони. Вся подводная жизнь была обнажена перед нашими глазами. Некоторое время мы заворожено наблюдали за небольшими косяками мелких рыбешек, важно плывущих по течению реки. Мы опустили руки в жгуче холодную воду, наспех умылись и принялись быстро отряхиваться от остатков ледяных капель. Подняв голову чуть выше, мы увидели периодически возникающий и исчезающий отблеск солнечного света, словно кто-то пускал солнечных зайчиков, подшучивая над нами. Среди деревьев виднелась небольшая, хлипкая хижина, что так одиноко стояла неподалеку от нашего лагеря. Свет, очевидно, исходил оттуда. Нарушив тишину, я сказал:
−
Ты же тоже это видишь, это не только в моей голове?
−
Ну да, что-то моргает из того домика, или чего-то в этом роде, не могу разобрать.
−
Это какой-то домик, покосившийся от старости.
−
Лично у меня нет никакого желания идти туда сейчас и проверять, что происходит. Тем более завтрак на подходе.
−
Так а если это призыв к помощи?
−
Сейчас мне нет никакого дела, я хочу поесть, живот сводит от голода
−
Да тебе лишь бы поесть, идем быстро к лагерю, а потом вернемся, нельзя пускать это на самотек.
−
Да, да, давай уже вернемся поскорее.
Вернувшись в лагерь, все сидели на своих стульчиках, смачно откусывая румяные сосиски и хрустящий картофель, словно и не заметив нашего отсутствия.
−
Что за дела? Нельзя было дождаться нас, а не хомячить втихоря? – Недовольно проговорил Бруно.
Ответа не последовало, лишь только смешок Альбы и звонкое хоровое чавканье. Этим утром у меня не было аппетита, особенно на фоне того, что в доме на противоположном берегу происходит что-то неладное. Я принялся поторапливать Бруно, как подошла Элис и начала расспрашивать про то, куда мы ходили с утра. Я подробно рассказал все в деталях, заметив, что завершая свою речь, вокруг уже стояли все, заинтересованные в источнике солнечных бликов. Альба не принимала участие в разговоре и находилась в стороне, когда Селия подошла к ней и в деталях описала ситуацию с моих слов. Спокойно прожевав свою еду, она заговорила:
−
Я видела, какая там река, не особо горю желанием вызывать дайверов для поиска ваших тел.
−
Альба, а что, если там действительно люди нуждаются в помощи? – принявшись давить на жалость, тонким голоском проговаривала Селия.
