Утром мы уехали в академию – занятия снова начинались рано, и именно тогда, на бесконечно длящихся лекциях, спокойствие все-таки покинуло меня.
Все, о чем я старалась не думать, вдруг всплыло в моей памяти. Чем больше я старалась избавиться от страшных и гнетущих мыслей, тем сильнее они преследовали меня. Сегодняшняя ночь была неминуема, и я знала, что каждая пройденная минута приближает меня к ней.
Ближе к вечеру сердце так бешено стучало в моей груди, что я поминутно оглядывалась по сторонам, точно предчувствуя появление Евы. Руки сотрясала мелкая дрожь.
Марк все видел – как бы тщательно я ни пыталась скрыть свое состояние. Он уговорил меня прогуляться по городу, утверждая, что прогулка успокоит меня.
Ева – будь она проклята – встретилась нам возле парка, и я была уверена в том, что это не было чистой случайностью.
Черт ее подери! Мне сейчас было так обидно за то, что я всего лишь человек, и не могу вступить в борьбу с ней на равных. Какого дьявола она выбралась из своего Ада, угрожая разрушить всю мою жизнь? Девять лет! Девять лет она не появлялась в жизни моего ангела, и именно сейчас ей понадобилось снова попасться ему на глаза.
Я ненавидела ее – и боялась одновременно. Она целенаправленно отнимала у меня Марка, но зачем – я не могла понять. Как мужчину Ева желала его, но не в этом была ее конечная цель. И хуже всего было то, что Марк доверял ей.
Радостно улыбаясь, как будто ее приятно удивила эта неожиданная встреча, она направилась к нам.
Я только гадала – как можно смотреть, одновременно выражая совершенно противоположные чувства: для Марка была предназначена сладкая и томная улыбка, а я уже укололась о ее колючий взгляд. Она насмехалась надо мной, одновременно указывая и на все мои недостатки, и на все свои достоинства.
– Как же я рада, что встретила вас вместе! – улыбнулась Ева. – Мне никак не удается пообщаться с твоей девушкой, Марк, хотя с тобой мы так часто видимся. К сожалению, люди имеют свойство спать ночами.
Вот тут она прогадала, и я злобно усмехнулась, смело встречая ее взгляд, и открыто указывая на ее промах. Она полагала, что Марк ничего не рассказывал мне об их ночной встрече, и хотела сделать «сюрприз», но… Я уже все знала.
– Ну почему же – к сожалению. – Я выдавила из себя улыбку. Дрожащий голос вдруг неожиданно обрел твердость, в которой я так нуждалась. – Мне нравится смотреть сны, после чего наяву обнаруживать, как сбываются самые хорошие.
Ева вряд ли ожидала, что я рискну бросить ей вызов.
– А мы неплохо провели время. – Кивнула она, окинув взглядом тело Марка и посылая мне недвусмысленный намек. Она ошибается, если считает, что я поведусь на ее уловки.
Что ж, она обвела его взглядом – я прикоснусь к нему руками. В такой ситуации она не посмеет сделать то же самое.
Я еще не знала, как тяжело обнимать любимого, когда все его внимание обращено на другую. Я словно обнимала твердый горячий камень, который даже не чувствовал моих прикосновений.
Рядом с Евой Марк вообще не замечал меня.
– Как насчет боулинга? – Ева продолжала невинно улыбаться. Черт возьми – с ее дьявольской сущностью ей так идет невинное выражение лица! – Я приглашаю.
– В боулинг, – задумчиво произнес Марк, оглядываясь на меня.
Я уверена, что по выражению моего лица можно было понять мое отношение к приглашению Евы. Я не скрывала этого даже от нее.
Но он колебался. Точнее, все его желания были направлены в сторону Евы, а обо мне помнила только какая-то маленькая часть, все еще смутно воспринимавшая мое присутствие рядом.
Ева быстро поняла, что ей необходимо еще чуть-чуть подтолкнуть Марка к тому, чтобы он принял ее приглашение. Она ловко подхватила меня под руку, тем самым отцепив от Марка и вызвав в моей душе взрыв негодования.
– Предлагаю поехать на моей машине. Она припаркована рядом.
Прикосновение Евы жгло мою кожу, и потому я быстро вырвалась.
– У меня болит голова! – сказала я первое, что пришло в голову, понимая, что медлить и надеяться на чудо больше нельзя.
Но я опоздала со своими оправданиями – Марк уже был занят Евой, потому только коротко произнес:
– Я дам тебе таблетку.
В его голосе исчезла вся живость, появилась пугающая сердце сухость. Наверняка все его фразы, которые он сегодня вечером адресует мне, будут сказаны таким же сухим тоном. Мне, конечно, удастся послушать его низкий шелковый голос, но он будет обращен к Еве.
Что же я наделала! Почему не догадалась сказать ему несколько слов чуть раньше, отвести его в сторону, что-нибудь предпринять, чтобы не позволить двум ангелам снова встретиться!
Поведение Марка менялось на глазах, и по тем словам о никому не нужной таблетке, которую он тут же вынул из сумки, я поняла, что теперь мое влияние на любимого сведено к минимуму. Он утверждал, что я – единственный человек, способный контролировать его действия, но даже если это и было правдой, то Ева уже изменила ситуацию.
И как он может утверждать, что она ничего не меняет в наших отношениях!
