– А этот Брайан Рэттен по-прежнему к вам ходит?
– Если подождете полчаса, он явится.
По взглянул в окно – дождь хлестал так сильно, что казалось, кто-то поливает окна из шланга.
– В такую погоду?
Гейл фыркнула.
– Когда нас затопило, он сидел тут в болотных сапогах и непромокаемой шляпе. Если он жив, он придет.
– Тогда я подожду.
К тому времени, как он закончил есть, Брайан Рэттен действительно прибыл. По сразу понял, что это он. В пабы ходят местные жители, а мужчина, который пришел, точно был местным. Едва он вошел, бармен налила ему пинту, и не успел он повесить куртку, как она уже стояла на подставке перед табуреткой в самом конце стойки. Дождавшись, пока он сделает первый глоток, По приблизился.
– Брайан Рэттен?
– Он самый. – Мужчина протянул ему мясистую волосатую руку.
Пожав ее, По продемонстрировал удостоверение личности.
– Давайте-ка я угощу вас пивом.
– Вот как?
– А вы расскажете мне о человеке, с которым разговаривали несколько лет назад. О том, кто хотел продать трюфели…
Воспоминания Брайана Рэттена были надежны, как картотека – не редкость среди почтовых работников, особенно в Камбрии, где систему нумерации домов можно мягко охарактеризовать как неформальную. Рэттен отлично помнил тот день и этого человека. По спросил его, о чем они говорили.
– О трюфелях, – ответил он. – Мужик показал мне один, предлагал попробовать, но я отказался. Очень уж похоже на сухое собачье дерьмо. Может, это оно и было, мне откуда знать.
По улыбнулся. Он понимал, что имеет в виду Рэттен. На фотографиях, которые прислала Брэдшоу, трюфели и впрямь выглядели дерьмово. Тот, кто решился первым их попробовать, несомненно, был смелым человеком.
– Он не сказал вам, как трюфели к нему попали?
Рэттен покачал головой.
– Нет. Да и вообще говорил уклончиво.
По навострил уши. Такие слова всегда хорошо действовали на полицейских.
– Это как?
– Ну, мы болтали о трюфелях – что они такое, где растут, как живут и всякое прочее. Ну и конечно, я спросил, для развлечения он их собирает или на жизнь себе так зарабатывает.
– И он ответил?
– Ничего он не ответил, мистер По. Нормальный же вопрос-то? Я вот иногда, когда гуляю с собакой, могу сорвать парочку грибов или там дикого чесноку, но грибником себя называть не стал бы.
– И он не стал отвечать на вопрос, как на них набрел?
– Не-а.
– Может, он тоже гулял с собакой?
– Я его спросил, но он сказал, что нет.
– И не сказал, чем по жизни занимается?
– Не-а.
Это было любопытно. Если он что-то недоговаривал, то, возможно, что-то скрывал. Это необязательно указывало на нечто подозрительное, но могло быть и такое.
– Имя он вам, я так полагаю, тоже не назвал?
– Лес Моррис. Неплохой парень в целом. Купил мне выпить, проболтали мы с ним добрых минут сорок. Так-то очень болтливый тип, только вот где трюфели нашел, не сказал.
– Он местный?
– Ага.
Ну что ж. По решил, что попросит Брэдшоу составить ему список всех Лесов, Лесси и Лесли Моррисов, живущих в этом районе, и задумался было, как убедить ее в том, что по-прежнему серьезно относится к правилам, но Рэттен развеял все его мысли:
– Может, вам и адрес его нужен?
– А у вас он есть?
– Он забыл тут свой шарф, а я почтальон. Я весь отдел замучил вопросами, пока коллега не выяснила, какой Лес Моррис мне нужен, и не вернула ему шарф. В ваших больших городах такой услуги нету, мистер По.
– Я из Шапа.
Рэттен улыбнулся, извинился и дал По адрес. Это было в пяти милях от того места, где он сейчас находился. Он поблагодарил Рэттена, купил ему пива и собирался вновь выйти под дождь, когда затрезвонил одноразовый мобильник.
Вот блин. Брэдшоу же сказала, что связываться они будут только в случае крайней необходимости. Ничего хорошего это не предвещало…
Так и вышло.
– По, у нас проблема, – сказала Флинн, едва он ответил на звонок.
П
Он слышал эту фразу столько раз, что уже, наверное, мог бы установить себе на рингтон. В прошлый раз он услышал ее от ван Зила, когда тот сообщил, что По будет допрошен; в позапрошлый – от Гэмбла, порадовавшего новостью о восставшей из мертвых Элизабет Китон.
На этот раз все оказалось еще хуже.
Заявление Китона о пересмотре дела было удовлетворено, и его освободили под залог. Королевская уголовная прокуратура уже намекнула, что на повторном судебном разбирательстве не будет требовать доказательств.
И это еще была не самая худшая новость.
Подтвердилось, что кровь, обнаруженная в его трейлере, была кровью Элизабет Китон. По теперь официально стал подозреваемым в убийстве. Ван Зил сказал, что Флинн должна встретиться с ним лично и что он уже нашел адвоката.
По ответил, что никуда не поедет. Флинн спросила, где он. По сбросил звонок. Потом, вняв совету Брэдшоу, вынул из мобильника аккумулятор.
Технически это не имело никакого смысла. Его уже искали все полицейские в Камбрии – спасибо Уордлу и ордеру без залога.
Выхода не оставалось.
Нужно было либо найти Хлою Блоксвич, либо объяснить, откуда взялась кровь.
