— К сожалению, у меня нет с собой фотографий, — сказала я, вновь переводя взгляд на мужчину с синими глазами. — Я могу связаться с людьми в моей фирме и попросить их отправить вам все, что у них есть. Это может осложниться тем фактом, что мой босс в настоящее время недоступен. Я недавно работаю на него, так что я не знаю точного протокола по разглашению такой информации… по крайней мере, без разрешения босса.
— Того босса, которого в данный момент шантажирует эта же группировка?
— Да.
— Теперь вы не можете с ним связаться?
— Нет, уже два дня.
— Откуда у него этот список? — спросил мужчина, и его синие глаза смотрели более пытливо. — Изначально, имею в виду. Как он связался с этой группировкой?
Я пожала плечами.
— Через дело? Честно, я не знаю.
— Что он говорил вам об этой группировке? До тех двух дней, в течение которых вы не можете с ним связаться?
— Очень немногое, боюсь. И он на какое-то время изолировался от своей компании, когда приехал сюда… так что я не знаю, сколько известно остальным.
— Но он пробыл в Париже несколько месяцев, нет? — синие глаза мужчины прищурились. — У меня сложилось впечатление, что вы двое поддерживали контакт. До этих двух дней.
Я кивнула, слегка выдохнув.
— Да. Мы говорили. Но боюсь, только о личных вопросах. Он дал ясно понять, что не имеет возможности говорить обо всем остальном, что его коммуникации отслеживаются.
Мужчина нахмурился, кивая, затем взглянул на остальных троих в костюмах.
Женщина бормотала что-то другому агенту, мужчине с песочно-светлыми волосами и огромным носом. Все четверо быстро и приглушённо переговаривались по-французски, слишком тихо, чтобы я услышала. И без прочтения я понимала, что они уже кое-что знали о мистере Счастливчике, и не только от Ника. Очевидно, он действовал в Париже по меньшей мере несколько лет.
Приятели Ника в основном молчали, но я видела, что они тоже слушают.
В конце концов, синеглазый мужчина повернулся ко мне.
— Вы знаете, как они общались здесь? — спросил он. — В аэропорту?
Я покачала головой.
— Нет, сожалею. Не знаю.
— Но вы знали, что они могут прийти сюда?
— Мой работодатель намекал, что существует такой риск, да.
Глаза мужчины прищурились.
— Я думал, вы утратили связь со своим работодателем?
— Мы утратили… — я взглянула на Ника, затем обратно на мужчину. — … Я утратила. Он говорил мне ранее. Не именно о Франции. Он говорил, что за мной проследят, если я покину Сан-Франциско, и что они могут попытаться убить меня или похитить, если я последую за ним.
— И вы точно знаете, что он все ещё во Франции?
— По последней имеющейся у меня информации он был здесь, в Париже. Логично начать отсюда.
Мужчина продолжал наблюдать за мной этими пронзительными глазами, теперь практически игнорируя Ника.
— Просто чтобы подтвердить, мы говорим о Квентине Блэке, да? Мужчине, информацию о котором мы получили от детектива Танака?
Я кивнула.
— Да. Я не знаю, что Ник дал вам…
Позволив моему голосу оборваться, я взглянула на Ника, вскинув бровь, но он не посмотрел на меня в ответ.
Мужчина в костюме кивнул, но я чувствовала, что он не удовлетворился.
Я чувствовала, как он колеблется, подумывает отвезти нас в участок тем же вечером, допросить нас более подробно, пока мы не покинули город. Я слегка надавила на его разум, ощутив направление его мыслей и сосредоточив всю свою концентрацию на том, куда хотела направить его разум.
Синие глаза мужчины ненадолго опустели.
Затем он отвернулся от меня и несколько минут разговаривал с друзьями Ника в бронекомплектах, один из которых все ещё держал ружье-транквилизатор. Я почувствовала, как расслабляюсь, уловив суть его мыслей и слов. Я понятия не имела, было ли тому причиной моё ментальное «давление», но он все же решил не задерживать нас тем вечером и допросить нас завтра.
Затем мужчина повернулся ко мне и Нику, впервые улыбаясь.
— Ладно, спасибо вам большое… вам обоим… за вашу помощь в этом вопросе. Мы всегда ценим любое сотрудничество и обмен информацией между нашими правительствами, — его улыбка казалась приклеенной поверх бесстрастного взгляда, который я видела в его глазах, особенно когда он смотрел на меня, но он собирался нас отпустить, а это все, что имело для меня значение. — Думаю, мы получили от вас достаточно на сегодня.
Я определённо уловила намёк в последнем слове.
Ник пожал руки всем людям в костюмах, затем обменялся короткими кивками и взмахами руки со своими друзьями в бронекомплектах.
После этого он жестом показал мне следовать за ним.
Мужчина с синими глазами добавил нам вслед, когда Ник открыл дверь.
— Вы скорее всего понадобитесь нам потом, детектив Танака, — вежливо сказал он, не отводя от меня взгляд. — Вы и ваш очаровательный друг доктор Фокс. Я был бы очень признателен, если бы вы нашли время ответить на вопросы в менее мрачный час. Возможно, после обеда, когда вы сможете отоспаться после перелёта?
Очередная волчья улыбка.
