– Вспомнишь лучик, а вот и солнышко. – Недовольно рычит Идэр, будто прочла мои мысли. Она откладывает размокшие грибы в сторону и принимается за чистку репы. Беловолосый парень проходит на кухню и встаёт у печи, загораживая собой выход. Амур скользит по нему взглядом, а потом обращается ко мне:
– Позвольте представиться, княжна Романова. Меня зовут Амур, и я немного спас вам жизнь.
Напыщенный урод. Как будто теперь я имею право жить счастливо после всех сотворенных ужасов.
– Без фамилии?
– Без фамилии. – Повторяет тот, вздыхая.
Какую игру он затеял? Мален сотни раз рассказывал о своей близкой дружбе с Разумовским, так от чего сейчас это тайна?
Гляжу на Распутина. Тот, раскрасневшись, поправляет воротник.
Я часто представляла, будто Распутина не было рядом. Не существовало. Это было сложно, когда нас запирали в темнице, но, за годы заточения, я овладела этим умением в идеале. Просто отключалась от мира, погружаясь в воспоминания. Сначала он пытался разговорить меня, но потом понял, что затея провальная.
Сейчас же Мален нервирует меня более обычного, если такое было вообще возможно.
– Елена, у меня к вам есть деловое предложение.
Зверь подпирает ладонями изуродованное лицо. Он с шумом ставит локти на стол и небрежно поправляет волосы. Мышцы под рубашкой моего похитителя напрягаются. Мален крепко стискивает челюсти и молча смотрит на своего предводителя, не решаясь сознаться в совершенной оплошности.
Он боится его.
Это не может ни радовать. Пока не знаю как, но я смогу использовать обезображенного Зверя, чтобы уничтожить Распутина раз и навсегда.
– Амур. – зовёт Распутин, но цареубийца поднимает ладонь вверх и Мален в миг замолкает. Разумовский отмахивается от своего подчиненного, как от назойливой мухи.
– Вы, как старшая и, несомненно, самая красивая из сестер Романовых – перспективны.
– Амур. – Вновь подаёт голос мой ненаглядный похититель. Разумовский повторяет жест и продолжает:
– Вы могли слышать обо мне ранее. Для вас я не ношу фамилию, ибо у меня слишком много имен, говорящих за меня. Самые известные… – Амур прерывается, окидывает Малена злым взглядом. Тот закрывает рот, не успев проронить ни звука. – Зверь, Демон трех дорог, нецензурная брань, что я не произнесу вслух, ведь вы же дама. – Идэр поперхнулась слюной. Спираль из очистка падает мимо тазика. Разумовский обходителен и скользок. Разговор с ним походит на схватку со змеей. Извивающейся, готовой поразить цель за одно мгновение, но, по неясной причине, играющей со своей едой.
– Вы не путались с моим доблестным прихлебалой? – молчу, не зная, как ответить. Разумовский выглядит таким довольным, что вот-вот лопнет от счастья.
Я слышала его имя множество раз. За ним тянулись легенды. Кто-то считал, будто он – новая версия Костяной Послушницы, только прислуживал не Смерти, а Гневу. Поднявшийся из пепла во имя разрушения. Другие утверждали, будто он был одним из пантеона Новых Богов, наравне с Катериной и Константином. Слухи разные, но их объединяет одно – беспощадная жестокость Зверя.
– Я знаю кто вы.
Мой ночной кошмар скалится, обнажая ровные белые зубы. Ему явно по нраву моя осведомлённость.
– Знал же, что красота с умом два близких друга. – льстит он. – Если в вас есть предпринимательская жилка, то у меня к вам прелюбопытнейшее предложение о сотрудничестве. Надеюсь, вас не сильно огорчила не своевременная кончина Виндея Воронцова?
– Не огорчила. – честно отвечаю я. – Вы преступник. Разве я могу рассчитывать на
– Все мы не без греха, Елена. Ваш отец прекрасный человек. Или ужасный. Как вам будет угодно?
Не успеваю ответить на хитрый вопрос, меня перебивает Мален:
– Амур, она не Елена!
Распутин подходит к столу. В воздухе повисает звенящая тишина. Лицо Зверя не выражает эмоций. Он смотрит на Малена, что не в силах скрыть сой страх и растерянность. Разумовский вздыхает и закатывает глаза. Потирает шрам на переносице и усмехается. Идэр убирает ножи со стола в сторону. Подальше от своего мужа. Спина покрывается мурашками.
– Кого ты привел?
Мален опускает взгляд. От Распутина, что, по первости, казался мне бесстрашным героем не остаётся ни следа. Удар рукой о столешницу. Такой резкий и громкий, что я подскакиваю на месте. Идэр от испуга задевает ножом большой палец. Кровь небольшим ручейком бежит по влажной руке и капает в таз.
– Смотри на меня, когда говоришь. – голос Зверя становится ниже. Распутин поднимает бесцветные глаза и неуверенно хрипит:
– Ее зовут Нева. Она одна из младших сестер Романовых. Самая младшая.
Амур цокает и глядит на меня. От былого азарта не остаётся ни следа. Одна ярость. Пожирающая, словно лесной пожар. Я стараюсь держаться отстраненно, не показывая ужас, что окутывает тело ледяными объятиями. Зверь слишком молод для того, кто держит всю страну в напряжении столько лет.
– Значит, самая красивая из сестер Романовых – вы. – Подытоживает Разумовский, слегка устало. С трудом выдыхаю. Амур потирает шрам на нижней челюсти и закусывает губы. Идэр промывает репу от крови, запихнув пораненный палец в рот.
