Слова опять застревают в онемевшем рту. Колдун перехватывает за шею грубее. От страха парализует, мерзкая ледяная капля неспешно ползёт по позвоночнику. В висках эхом стучит барабанная дробь, лихих ударов очумевшего сердца. По телу разливается оцепенение. Морозец сковывает конечности, кишки, желудок - царапает лёгкие, студит кровь.
Чокнутый колдун! Убьёт… труп выкинет… Кто-нибудь спасите!..
- Мои клиенты останутся моими навсегда, - хохочет ведьмак, ужасая холодностью глаз. Прикрывает веки на секунду и мычит: - Твой страх забавляет, питает силой. Удивительно… Непостижимо и… - распахивает глаза - в наливавшихся синевой зрачках читается изумление. Сменяется подозрительностью и даже вернее, цинично-победным расчётом. – Быть не может, - цедит сквозь зубы: - Лакомый кусочек в моих руках, – протягивает ехидно. – Жаль убивать нельзя, но полакомиться твоей силой – никто не запретит.
Впивается адским поцелуем с привкусом металла. Губы саднят, жгут, щипят – от боли стенаю, вырываюсь, но безжалостные оковы перемещаются на плечи, притягивая ближе. Хрустят кости, жилы натягиваются – я не гимнастка, не балетная, так не гнусь. Как же больно! Вырваться не могу – из меня точно высасывают жизнь. Слабею, отбиваюсь всё безвольней, горло першит, язык опухает. Теряю сознание… дыхание перекрывается.
Спасите!..
«Бей!» - сквозь звон в ушах слышу команду знакомого мужского голоса. В меня будто вселяется нечто. Откуда берутся силы - не понимаю. Кусаю ведьмака и что есть сил, ударяю кулаком в нос. Костяшки неприятно хрустят, но взвыть не успеваю – вскакиваю. Колдун чуть потерянно отступает, потряхивает головой, выпучивает глаза, из ноздри юрко струится алый ручеёк. Не мешкая, бегу сломя голову, но на ходу поднимаю сумочку, упавшую возле стола. В коридоре чуть не заваливаюсь – каблуки как назло подворачиваются. Спешно придерживаюсь за стену, скидываю туфли и, задыхаясь от ужаса, мчусь дальше… Позади летят проклятия и угрозы:
- Мы до тебя доберёмся. Ждать недолго…
Глава 6.
Едва не вываливаюсь из подъезда, в диком испуге быстро сажусь в машину:
- В мотель! – запыхаюсь.
Водитель недоумённо озирается – во взгляде тревога. Ни секунды не медля, жмёт на газ, и машина срывается с места. Откидываюсь на спинку заднего сидения и чуть спускаюсь – если ведьмак выбежит, может, не увидит. Ноги налиты тяжестью, точно в бетон замурованы. Морщусь и разминаю ступни – саднят. Припухшая кисть жалобно ноет, костяшки словно раздроблены. Чёртов колдун! Что б его…
Эх, туфли оставила, когда убегала. Прикусываю губу и охаю – щипит. Выуживаю зеркальце. О, боже! Рот в крови, под глазами синяки, нос заострился. Осунулась, даже скулы выпирают как никогда. Скрипя зубами, утираю лицо от крови, принимаю спасительного лекарства и зажмуриваюсь – сил нет даже чтобы кому-то позвонить. Из меня точно добрую порцию жизненной энергии высосали. Руки вроде чувствую, но вряд ли смогу поднять. Чуть полежу, может, полегчает… Бред какой-то!.. Что это было?.. Очередная обострившаяся галлюцинация? Странно, когда убегала, своей тени не видела. Чушь, конечно, не до неё было. Брр… О чём думаю? Всё сон. Когда открою глаза, окажется, приснилось.
Гудение авто убаюкивает, молчание водителя успокаивает… Медленно, но прихожу в себя. Мужу лучше не говорить. Тем более Александру – тот, вообще, как мать Тереза. И так охраной терроризирует, а после такого точно посадит под замок, если даже не на цепь, и больше слушать не захочет.
По дороге прошу остановиться возле кафешки. Наскоро пью приторно сладкий, крепкий чай с плиткой шоколада. Не сильно, но легчает. Вернувшись в мотель, ретуширую уже багровые губы перламутровой помадой, синяки – тональным кремом, подкрашиваю ресницы. Вид ужасает, но это лучше, чем было. Подхватываю заблаговременно собранный багаж и спускаюсь к ожидающему таксисту. В машине уже ждёт Костя:
- Рассказывай, как съездила?
- Пугающе, - признаюсь, отводя глаза. Подробностей не выложу, а то друг бросится к ведьмаку. Даже страшно представить, что может случиться. Лукавить нехорошо, но ложь во спасение – неплохое оправдание. Выдавливаю улыбку: – Колдун будто внутренности миксером взболтал. Наговорил массу непонятного. Совсем с толку сбил, - умолкаю и отворачиваюсь к окну, уж больно пристально Костик разглядывает. Безмолвие затягивается, по телу вновь пробегает холодок. Мичурин обнимает за плечи, притягивает к себе:
- Домой! А там, как минимум штат лучших охранников наймём. Будет охрана круче, чем у президента.
Не сдерживаю улыбки:
- Перестань! Мне не до шуток…
***
Муж на удивление счастливый и веселый встречает с букетом роз. Кивает Мичурину, меня горячо целует и шепчет в губы:
- Как же я соскучился.
- Милый, давненько не видела тебя в таком приподнятом настроении, - урчу довольно.
- Конечно! – Вадим забирает сумку и, предложив руку, ведёт на выход.
