- Здесь охраной не обойтись, - констатирует сухо. - Пока буду разбираться, пусть она, - смотрит на Александра, кивая на меня, будто меня нет рядом, - возьмёт несколько уроков по самообороне.
От ужаса, что этот монстр меня ещё и чему-то обучать будет, чуть не лишаюсь чувств:
- Мне некогда! - горячо возмущаюсь.
- Я так и подумал, когда вас увидел: «Молодая, а жить не хочет», – уедает Андрей Влацлович и надменно усмехается одним уголком губ: – Дело ваше. Мне на «трупы» времени тратить жаль, - захлопывает папку и небрежено толкает к нам. - Всего хорошего!
- Она будет заниматься! – вклинивается Александр. Толкает папку обратно, и строго приструнивает меня: - Заканчивай детский сад разыгрывать. Дело серьёзное! Выкроишь пару недель. Всего-то по часу, полтора в день – не умрёшь… Ты мне дорога, и если Вадим, я и остальные, кто о тебе заботится, тебе тоже небезразличны – будешь тренироваться. Причём, с полной отдачей, ангел мой! Андрей тебя быстро научит от маньяков отбиваться.
Горю от стыда. Всё верно! Дрянь и только, но вот «полная отдача» меня опять настораживает. А последнее предложение вообще вводит в ступор. Вокруг Никитина в долю секунды нагнетается серебристая дымка-аура. Окутывает сильно, плотно. Смаргиваю - голова разрывается от боли, руки дрожат. Нащупываю сумочку, замок... Нервно вжикаю молнией, выуживаю пузырёк с таблетками. Насилу принимаю капсулу и на миг прикрываю глаза. Несколько минут, и лекарство подействует – будет спокойно. Негаллюциногенно. Боже, дай мне сил!
- Боюсь, - голос Зепара выводит из прострации. В надежде смотрю на Андрея Влацловича. Не знаю с чего взяла, но, кажется: сейчас он спасёт. Директор явно подбирает слова: - Я не шутил: мне некогда, но лучшего помощника… Ты с ним знаком, - убеждает Зепар Никитина. – Стаса, выделю. Как от сердца оторву! Чем только не поможешь знакомым?!. – разводит руками и даже на лице играет мягкая улыбка.
С души точно камень падает, зато удивительно другое - обида усиливается. Я, конечно, не пуп земли, но привыкла, что на меня время находят. Не находить – моя прерогатива! Стыд вновь вгрызается в мозг – заткнуть гордость и самолюбие, согласиться с предложенным. Моя шкура, мои проблемы! Чего взъелась на Зепара?
Повисшее молчание нарушает Александр:
- Сколько лет Стасу? – интересуется хмуро.
- За тридцать, но опыт и способности…
- Молод, - обрывает друг. – Вита нам очень дорога и доверять её жизнь столь юному дарованию некомпетентно.
- Александр, - Андрей Влацлович буравит Никитина зелёными глазами, точно дрель стену. – Ты мне не доверяешь?
- Что ты, - бормочет Никитин. – Тебе верю, а вот молодости – нет. Нам бы матёрого…
- Если бы Стас был неопытен, - обрывает Зепар ледяным тоном, - я бы его не посоветовал. Нужен действующий секьюрити-тренер.
Александр бросает на меня взволнованный взгляд, переводит на свои руки. Изучает пару минут, перебирает пальцами, смотрит на директора. Губы поджаты, в глазах неуверенность – сомнения ещё есть, но Никитин явственно не находит причин для отказа. Понимаю, решение кто-то должен принять. И этот кто-то - я! Шумно выдыхаю и киваю:
- Согласна!
Глава 9.
После очередной встречи с Людвигом Аристарховичем, банкиром, с которым решаем вопросы по займам и выплатам, домой возвращаюсь, словно разбитое корыто. И даже милое общение с напыщенным Казиновичем, не упускающего шанса меня обольстить, не усмиряет пыла. Ненавижу Зепара, злюсь на Александра. Как так получилось, что именно в это охранное агентство обратился?.. Лучший в своём деле! Может и так, но пока… Андрей Влацлович – надменный мужлан, не пропускающий ни единой юбки. Девицу на работу принял, даже резюме не смотрел. Стоп! Одну юбку точно пропустил. Мою! Боже! Я что ревную? Какое дело до пристрастий хамло и его антипатии ко мне? Правильно - никакого. Просто взыгралась женская обида и честолюбие. Мне-то сказал: не в моём вкусе, а эта… эта… блондинка в его?! Мерзкий тип!.. Что б к нему все болячки, передаваемые половым путём, достались!
Кладу сумочку на тумбу в коридоре у выхода. Плащ вешаю на крючок в шкаф. Тихо миную затенённый холл и захожу в малый зал:
- Милый… - умолкаю. Муж спит, лежа на мягком диване. Пульт в руках. Плоский телевизор в полстены включен. Экран мигает - звук едва слышен. Плед уже почти упал на пол. На сервированном скромным ужином журнальном столике две почти догоревшие ароматические свечки. Огоньки покачиваются, бросая блики на стены, тарелки, бокалы и вазу с алой розой посреди столика. Улыбаюсь – Вадим как всегда. Аккуратно ступая, приближаюсь. Гашу свечи – дую на одну, вторую… Поправляю плед – укрываю любимого. Целую в лоб, глажу по щеке и иду в спальню. Как же я устала! Принять душ и спать. Сегодня был не лучший день, расспросов Ивакина не переживу.
