Робко подкрался слуга со стопкой одежды. Некромант приземлился на снег и спешно принялся одеваться. Холода он пока не чувствовал, но стоять голяком под чужими взглядами было неприятно.
– Даю тебе на раздумья пять дней, – установил срок Карло. – Явишься во дворец для присяги.
Он развернулся и зашагал к дому. Панайд, сверливший некроманта неприязненным взглядом, не шелохнулся.
– Счастливо оставаться, мэтр. – Маг застегнул последние пуговицы на полушубке. – Я приму к сведению ваше предложение.
Он ушел без споров и шума, еще не ведая, что в ночь его поимки произошло в городе у моря. Не зная, что стал герцогом иль’Харса.
Сегодня я был непозволительно щедр на эмоции и разорвал связь слишком поспешно. Ангелина охнула и обессиленно завалилась на кровать.
– Какой кракозяброй ты стал? – без тени страха поинтересовалась она, приподнимаясь на локтях.
Золотая цепочка на тонкой длинной шее Лины зацепилась за пуговку новой сиреневой блузки и теперь тускло поблескивала в свете грушевидных светильников. Взгляд непроизвольно задержался на вырезе кофточки. Я заставил себя отвернуться: не время и не место для любовных игр.
– Почти монстром. Я поддерживаю постоянную связь с Запредельным. Поэтому черпаю силы не только из личного резерва, но и из безбрежного океана энергий, на выходе преобразуя их в привычную магическую энергию. И эта связь способна сохраниться даже после моей смерти, если та будет насильственной. Представь себе ненавидящего все живое всесильного мертвого колдуна-лича!
Я отвернулся, сделал вид, будто изучаю резные деревянные панели, покрывающие стены каюты, и репродукции картин местного Айвазовского с бушующими волнами, утлыми корабликами с потрепанными парусами, богатыми портовыми городами, рыбаками-саткехами, чинящими сети.
– Пойдем-ка на воздух, «женушка». Нам плыть больше двух суток даже на такой скорости, а к вечеру придет очередная буря.
– Лиор… Ой, прости, Апофис, – вовремя исправилась моя спутница. Оказывается, неожиданно приятно, что девочка выучила мое имя. – Я никак не разберусь, что такое Запредельное. Ты упоминаешь его к месту и не к месту.
Мы вышли на палубу, подставив лица теплому солнцу и соленому ветру. Здесь было довольно многолюдно. Любовались проплывающими мимо островами влюбленные парочки, под звуки расположившегося на нижней палубе оркестра танцевала пожилая пара, матрос ругался на мальчишек, вздумавших покормить хлебом прожорливых чаек. Я отвел девушку подальше от общей суеты и чужих ушей и принялся вполголоса излагать известную мне точку зрения.
Как рассказать далекому от высоких теорий человеку о том, что сами маги не постигли досконально? Я до сих пор путаюсь в трактовках.
– Когда Творец создавал миры, – начал я, – он отделил один от другого тончайшей преградой, тем не менее крепчайшей и неизмеримой в нашем понимании. И поставил караулить эту преграду нейтральные силы, не имеющие ничего общего с добром и злом, но чутко реагирующие на любое изменение их баланса.
Как в населенных мирах развивалась жизнь, так и силы равновесия эволюционировали, приобретали форму и характер. И со временем получили некоторые наши черты. Их стало семеро. Каждый благодаря нам, беспокойным, получил определенную специализацию.
Судья наказывает магов-клятвопреступников, дает в кредит силу и могущество, благосклонно относится к магам жизни и смерти. Рувас благоволит к тем, кто работает с металлом, создает оружие и амулеты, исследует горы и земные недра. Дагера, – при звуке имени своей покровительницы я невольно улыбнулся, – помогает воинам. Антас, морской король – удача и проклятие корабелов. К нему могли бы взывать саткехи и марлы, знай те о его существовании. Владыка Нальгерат – повелитель огня, человеческих страстей и, как ни странно, аскезы. Он любит крайности, он исследователь и ученый, как и владыка неизвестности и иллюзий – Аканальги. Прекрасная Инния отвечает за любовные чары.
Помимо них из океана межмировой энергии возникли более слабые создания – их помощники. Но по сравнению с нами, ничтожными, даже слабейшие порождения Запредельного всемогущи.
В Ири их величают кьеросо, что можно перевести как демоны. Не те демоны, что служат силам зла, а скорее персонифицированные силы равновесия. Они берегут принятый миропорядок, стерегут границы миров от вторжения, препятствуют слиянию реальностей в случае глобальных катастроф и бедствий.
В мире Аффа, где я обучался, все сильные чары накладывают с их помощью. Здесь взывают к силам природы, к Творцу и младшим богам, к Темным. Первый эксперимент с Запредельным выбросил наших магов в Ирь. С силами Запредельного можно договориться, но за помощь, неизбежно связанную с нарушением равновесия, они берут недешево. Какое-то время душа мага задерживается между мирами, помогая восстановить баланс, и только тогда отправляется на суд к Творцу.
– Сложно как, – вздохнула Лина. – Правда, проповеди моей тети, которая вышла замуж за какого-то неправославного священника, еще менее понятны.
