Карета катилась медленно, мягко. За незанавешенными окнами падал снег. Улегшийся на спину Лиорсар видел его крупные невесомые хлопья, оттого все происходящее казалось нереальным. До того момента, как молодой человек не оказался в подземелье резиденции магов. Тяжелые, подавляющие силы оковы сжали его шею, запястья и щиколотки. Спрашивать: «За что?» и «Почему я?» – не имело смысла, хоть Лиорсар попробовал.
Несколько дней его кормили и поили, игнорируя любые вопросы и попытки спровоцировать стражу. В соседней камере совершали кровавые обряды. С какой целью – некромант понимал с ужасом. Он вслушивался в пение заклинаний, просыпался от криков боли и обещаний сделать все, что требуют палачи. От безысходности пытался приманить на кусочек вымоченного в молоке хлеба жирного таракана, неведомо что позабывшего в подземелье. Он почти свихнулся от безделья, когда до пленника снизошел архимаг Сиарнэ – владыка Карендар Акар.
– Ниже кланяться, бестолочи! – замахнулся владыка посохом на Панайда. – Заморите мне парня в застенках, кто «сухую чуму» остановит? Он должен действовать добровольно! Доб-ро-воль-но! Ясно вам?
Избираемый пожизненно архимаг вид имел непредставительный. Невысокий, с аккуратным клинышком седой бородки, завитыми усами, смуглый и сухощавый. Меховая куртка и темные брюки из плотной мягкой ткани делали его похожим скорее на охотника или наемника, нежели на сильнейшего человеческого мага современности.
– Одеть. Умыть. Накормить недоросля! – Приказы, словно звуки пожарного колокола, звенели под низким потолком. – Выезжаем на рассвете. Тогда поговорим.
Дорога. Лиорсар помнил холод, вязкую жирную кашу и вонючие травяные настои, которыми его потчевали по требованию владыки Акара. От архимага он узнал, что с куколкой тысячи бедствий в Фардии прекрасно знакомы. Тут ее именовали «сухой чумой» и останавливали усилиями жертвы-добровольца.
Обманывали куколку с помощью обрядов и заклинаний, накладывая личину человека, против которого она создавалась. Некто, оказывается, столь ужасным образом покушался ни много ни мало – на короля.
Жертва-приманка обычно гибла, но из шестнадцати известных случаев история помнила двоих выживших. Правда, один лишился ног и рассудка, а другой онемел. Но разве будут маги принимать во внимание такую мелочь?
Владыка Акар пустил в ход все свое немалое красноречие, чтобы убедить Лиорсара выйти на бой с окрепшим монстром. Он взывал к жалости, гражданскому долгу, угрожал, обещал помочь Таресу, если король не одобрит союз с эльфийкой или, того хуже, заключит своенравного отпрыска под стражу. Обещал титул, если вдруг юный некромант вздумает выжить, клялся включить в первый круг магов… Много чего обещал. Наконец некроманту надоело плавать в словесном мусоре и он бесцеремонно перебил архимага:
– Я выйду против куколки. Не ради погибших и тех, кто еще может погибнуть на пути твари. А ради тех, из кого вы пытками вырвали согласие стать моими дублерами.
Акар понимающе кивнул и с тех пор больше не приставал к молодому человеку. Конечно, Лиорсар видел пятерых, выбранных ему на замену, менее сговорчивых, более талантливых магически. Но не приходящихся королю сколь угодно далекой родней. Следовательно, чары подобия на них ложились плохо, вероятность того, что куколка примет вышедшего навстречу ей безумца за свою основную цель, становилась ничтожной. А он как-никак троюродный монарший племянник.
– Один шанс из восьми – это неплохо, – в последний день пути архимаг снизошел до общения. – Ты можешь улучшить статистику. Твоя задача – приблизиться к «сухой чуме», не став обедом для созданной ею нежити. Она почует добычу, откроется, впустит тебя внутрь панциря. Что ты будешь делать – не моя проблема, но мерзость должна быть уничтожена. Любой ценой.
Лиорсар смирился со своей ролью. Четыре дня пути через пустошь, кишащую нежитью, подействовали сильнее любых увещеваний. Он некромант – барьер между миром живых и мертвых. Он обязан остановить непотребства, творимые порождением злобной магии.
– Мы поняли друг друга, – довольно кивнул владыка. – Хорошо. Тебя накормят, дадут удобную одежду, вдоволь амулетов. Да что там, я отдам тебе свой посох, только исполни долг.
Его выкинули посреди «обглоданной» куколкой пустоши. Вязкий, пахнущий гниющей плотью воздух заставлял морщиться и сглатывать подкатывающую к горлу дурноту. Когтистая зубастая нежить размером с крупную крысу пищала у ног, силясь уцепиться за голенище сапога. Лиорсар брезгливо наподдал коричневому комку, и тот, визжа, пролетел с десяток шагов, шлепнулся на снег и поспешно скрылся в развалинах дома.
Опутанный гроздьями свалявшейся паутины сухостой торчал из серого осевшего снега. Баюкая оторванную конечность, медленно брело сросшееся двумя старушечьими телами нечто с торчащей из живота собачьей головой. Чудище остановилось, вполне осмысленно посмотрело на Лиорсара, по-человечески грустно всхлипнуло и поковыляло дальше, тяжело переступая четырьмя ногами. Маг передернул плечами и отвернулся. Он убьет эту тварь во что бы то ни стало!
