Но это дела не сегодняшнего дня. Сейчас надо в первую очередь разобраться с Францией. Ибо она в антироссийской коалиции в настоящий момент слабое звено. Нужен еще один показательный разгром, после чего правительство Третьей Республики поймет, что разговаривать с Россией и дальше с позиции силы бессмысленно. Поэтому, поумерит свои хотелки. А затем тут же вызвать хаос в Османской империи, убрав султана Абдул-Меджида Первого. Гансу это организовать несложно. И поскольку перед этим султан получит очень плохие новости, в естественности его кончины мало кто усомнится. А если и усомнится, то сочтет это очередным дворцовым переворотом, в проведении которых у турок богатейший опыт.
Впрочем, возможно, турки сами опередят Ганса. Младший братец султана Абдул-Азиз спит и видит, как бы занять трон. Поэтому, вполне может воспользоваться ситуацией, и захватить власть. Чтобы спасти то, что еще можно спасти. Пусть даже и ценой территориальных уступок. Ибо, если продолжать творить то, что делает его старший брат, можно вообще добиться развала Османской империи. Тот же хедив Египта уже радостно потирает руки, наблюдая за чередой поражений своего повелителя, подумывая о независимости. Хотя, на словах проявляет свою верноподданность. А если падет Константинополь, то могут отколоться все остальные средиземноморские провинции. В результате Османская империя сожмется до размеров будущей Турции, и то в сильно урезанном виде. Если новый султан Абдул-Азиз станет требовать при подписании мирного договора слишком много, то тут же последует за своим старшим братом. После чего у турок начнется кризис власти. Абдул-Азиз еще не имеет детей. Старшему сыну Абдул-Меджида всего пятнадцать лет, а двум другим и того меньше. Можно только представить, какой начнется бардак в этой ситуации, когда придворные группировки сцепятся друг с другом в борьбе за трон. Им будет уже не до войны с Россией. Что нам и надо. А остаться с Россией один на один Англия не захочет, поскольку привыкла воевать чужими руками. Как пойдет дальше, пока неясно. Возможно, в Лондоне согласятся на наши условия заключения мира. А возможно, захотят провести еще одну авантюру, аналогичную ликвидации Николая Павловича. То есть, попытаются убрать меня любимого. Но в этом случае я устраню всю правящую династию Британской Империи, оставив напоследок королеву Викторию. Может эта сука сама загнется, осознав, что натворила. А премьер-министра Палмерстона, для которого «очень плохо, когда с Россией никто не воюет», вполне можно выкрасть и повесить ночью на столбе неподалеку от английского парламента. Так же, как я хотел в свое время поступить с одесским бандитом Чумаком. Но здесь масштаб побольше, и резонанс будет погромче. Хватит играть в поддавки…
Ладно, что-то меня уж совсем на «гуманизЪм» потянуло… Урежем свои хотелки. Ближайшая задача — взять Босфор и Константинополь с минимально возможными потерями. А дальше будем посмотреть…
Заря над Босфором
Как плохо быть далеко от места событий, и не иметь возможности вмешаться. Увы, «передовой и просвещенный» XIX век на дворе. Да, уже изобретен и используется телеграф. Но только в том случае, если в то место, которое тебе нужно, протянута телеграфная линия. Но ни в Севастополе, ни в Одессе телеграфа нет. Железной дороги тоже нет. Поэтому самый быстрый способ передачи информации — конный фельдъегерь. Что вызывает задержку в исполнении приказов из столицы и позднее получение информации непосредственно из района боевых действий. Разумеется, такой вариант меня не устраивал. Поэтому мы с Гансом экспериментальным способом определили, на какой минимальной высоте он должен находиться, чтобы обеспечить устойчивую ментальную связь между нами, не удаляясь далеко от Севастополя и Константинополя. Получалось не так уж мало — шестьдесят пять километров. Если появится разведывательный дрон, то придется срочно удирать из этой точки. Другой вопрос, что Ганс обнаружит дрон на гораздо большей дистанции, чем дрон крохотный АДМ, поэтому, опасаться обнаружения не стоит. Но вот обломать нам связь и наблюдение за объектом дрон вполне может, даже не подозревая об этом. Будем надеяться, что этого не случится. В конце концов, Ганс может работать на малых высотах, поскольку в ясный безоблачный день дроны ниже семнадцати километров не летают. При наличии облаков теоретически могут идти по нижней кромке, но мы такого ни разу не замечали. Ребята из Службы глубинной разведки перестраховываются и не хотят рисковать быть обнаруженными аборигенами. Ночью таких ограничений нет, там высота полета ограничена шумом работающих двигателей. Но ночью и Ганс может «стричь верхушки деревьев». Поскольку маленький АДМ, даже не использующий режим мимикрии, визуально заметить в темноте невозможно уже на высоте в десяток метров на фоне ясного звездного неба. А при сильной облачности и подавно. Но погода в конце мая 1855 года над Босфором обещает быть ясной, поэтому соглядатаи с орбиты нам не помешают.
