— Меншиков все-таки отдал приказ Корнилову о затоплении флота. На совете мнения разделились. Корнилов категорически возражал. Нахимов предложил промежуточный вариант. Ничего не топить, а взять старые линейные корабли и сделать из них плавучие батареи, поставив на якоря на входе в бухту, оставив узкий проход возле Константиновского равелина. Снять с этих кораблей пушки подбойного борта и лишний рангоут. Балласт убрать частично, или полностью, и загрузить трюм пустыми бочками. Высвободившихся матросов вместе со снятыми пушками отправить на берег. Даже если в ходе боя эти корабли утонут, то утонут именно там, где их хочет затопить Меншиков. Но вряд ли утонут, пустые бочки не дадут. Вот сгореть могут. Но тут уж, как повезет. Корнилов сейчас пытается уговорить Меншикова не топить флот. В крайнем случае, принять вариант Нахимова с плавучими батареями. Да только сомневаюсь, что ему это удастся.
— А я не сомневаюсь. В том смысле, что не удастся. Значит начинаем операцию «Калиф на час». Ваня, готов?
— Так точно, Ваше превосходительство! Готов!
— Командир, это еще не все. У меня создалось впечатление, что у Меншикова и его прихвостней на тебя зуб. Корнилов докладывал князю содержание твоих донесений, но он им не верит. А может делает вид, что не верит. Помимо Меншикова там тоже есть дуболомы, которые не воспринимают тебя всерьез. И не верят в то, что нам удалось нанести такой урон противнику. Допускают только аварии на кораблях, приведшие к взрывам, но не в таких масштабах, как указано в донесениях. Как не пытался их переубедить Корнилов, ничего не получилось. Уперлись, как бараны. Штатский «шпак» для них не авторитет.
— Ну и ладно. Я не против. Чем дольше мы будем оставаться «темной лошадкой» для всех, тем лучше…
Все вполне ожидаемо. Теперь посмотрим, что Ганс с Ванькой нароют.
Ждать результата операции «Калиф на час» пришлось довольно долго. Уже стемнело, когда пришел вызов от Ганса.
— Командир, закончили. Задание выполнено. Его светлость почил в бозе от апоплексического удара, как говорят аборигены. Не иначе, из-за сильных душевных переживаний. Возвращаться, или еще здесь что-нибудь посмотреть?
— Посмотри обстановку на подходах к Севастополю, и быстро ко мне. В двух словах, что нарыли?
— В двух словах — дерьма немерено. Князюшка был английским агентом влияния уже много лет. Долго рассказывать. Как вернемся, сам посмотришь.
— А я этому нисколько не удивляюсь. Ваня, понравилось быть светлейшим князем?
— Ох, Юрка, до сих пор противно. В такое дерьмо окунулся… Но узнали очень много интересного. Будет кого в Петербурге прижать.
— Увы, прижать нам не позволят. Если только грохнуть. Но будем смотреть по ситуации. А то, может удастся стравить крыс друг с другом…
Вернулся Ганс быстро. Выяснилось, что остатки наших войск, отступивших от Альмы сначала к Севастополю, как и в моей истории ушли к Бахчисараю. Севастополь остался фактически не прикрыт с суши, и мог рассчитывать только на экипажи кораблей Черноморского флота, личный состав береговых батарей и немногочисленные армейские части, дислоцированные в Севастополе. Но отличия все же имелись. Благодаря усилиям Корнилова удалось закончить возведение укреплений вокруг города, поэтому попытка взять его сходу будет обречена на провал. И вот теперь, расположившись в каюте и велев меня не трогать без веской причины, погрузился в воспоминания одного из богатейших и влиятельнейших людей Российской Империи.
