Хотя на самом деле прошло не больше трёх или четырёх. Шум воды стих, на какое-то время стало тихо. Нужно собраться. Это всего лишь Артур. Они видели друг друга без трусов. Что может быть хуже? Со вчерашнего вечера ничего не изменилось: он такой же, она тоже, и то, что теперь он знает больше, чем нужно, ничего не меняет. По крайней мере, он сам так сказал.
Хоть бы он не стал смотреть с жалостью. Это будет хуже всего…
А лучше бы и вовсе обо всём забыл.
В коридоре раздался тихий щелчок замка. Келли вцепилась пальцами в свою кофейную чашку, развернулась и, приняв расслабленную позу, привалилась копчиком к столешнице. Секунды застыли. Дыхание участилось… И в проёме снова неслышно появилась высокая фигура.
Он сменил футболку. Это первое, за что зацепился взгляд, пополз вверх и остановился на всё так же заросшем лице. Но черные волосы теперь явно были прочёсаны мокрыми пальцами и завились непослушными, сумасшедшими кудряшками. Совершенно невозможными. Келли не заметила, как собственные губы дрогнули в улыбке.
А Артур прошёл к столу и положил свёрток из ношеной футболки, пасты и зубной щётки.
– Как дела? – негромко бросил на ходу.
Наверное, чтобы не разбудить дом, но от этого тихого тембра в животе стало щекотно. Келли прикусила губу и пожала плечом.
– Спина болит.
И это даже не враньё.
Артур как-то болезненно поморщился.
– Так и знал, что нужно было перенести тебя на кровать. Но побоялся разбудить. – Он подошёл к столешнице, взял свою чашку и потянулся за сэндвичем. Как бы между прочим качнулся к Келли, будто между прочим поцеловал её в шею и тут же двинулся обратно к столу.
По коже разбежались мелкие искорки. Колючий подбородок будто оставил след. Келли машинально коснулась этого места кончиками пальцев, пытаясь удержать это мимолётное чувство. Нет. Всё-таки происходит нечто непривычное. Такой домашний Артур, такой по-утреннему кудрявый и заросший… И какой-то новый.
– Что ты делала, когда я в первый раз вошёл? – Он опустился на стул и откинулся на его спинку. – У тебя было такое кровожадное лицо…
А что она делала? Вспомнить бы. Из-за него всё совершенно вылетело из головы. Сэндвичи, кофе, телефон…. Телефон! Келли поморщилась и пожала плечами.
– Блокировала придурка, который попросил сфоткать для него задницу. – Она сделала маленький глоток из чашки.
Артур брезгливо сморщился и закатил глаза.
– Можешь сфоткать мою. – Он всадил зубы в сэндвич и забросил ногу на ногу.
Келли прыснула в чашку. Кофе пошел через нос. А Артур спокойно сделал глоток.
– Член тоже можешь сфоткать, пусть чувак порадуется.
Нет, это невозможно. Она с трудом проглотила кофе и откашлялась. Плечи сотрясло волной сдерживаемого хохота.
– И ты дашь сфоткать свой член? – прохрипела она, прижав ко рту кулак.
– Мне не жалко. – Артур безмятежно развел руками. – Парень страдает, нужно поддержать…
И Келли всё-таки расхохоталась. Напряжение, сковывающее тело с самого пробуждения, ухнуло вниз и разбилось в пыль. Обручи перестали сдавливать грудную клетку.
Боже, он совершенный. Этот фейковый бойфренд намного лучше, чем любой настоящий. Об этом можно было ненадолго забыть, но он напомнил. Келли шагнула к столу, поставила на него чашку и, наклонившись, чмокнула тёмную, кудрявую макушку.
– Обожаю тебя, – пробормотала в его волосы, которые пощекотали щёку.
А Артур моментально задрал голову и перехватил её губы поцелуем. Коротким, мягким, воздушным. Губы всего на мгновение прижались к губам, но каждая клетка тела наполнилась теплом.
– Скажешь, когда снимать трусы. – Артур боднул её нос своим и криво ухмыльнулся.
Только сейчас Келли отстранилась. Опустилась на свободный стул, и, продолжая улыбаться как дурочка, подхватила чашку.
– Я ведь теперь об этом не забуду… – Спрятала глупую улыбку в кофе.
Артур отсалютовал сэндвичем.
– В любое время.
В глубине дома тихо щелкнула дверная ручка. Улыбка погасла, Келли резко обернулась к выходу из кухни. Где-то там почти неслышно зашаркали ноги. Этот звук быстро приблизился, секунда, и в арке появился папа. Почти даже не заспанный. Уже сразу одетый в домашний костюм вместо пижамы. Подготовился.
А вот она подготовиться не успела. Живот на секунду скрутило. Ну, сейчас начнётся… Однако первым опомнился Артур.
– Доброе утро. – Он приветливо улыбнулся и приложился к чашке.
Папа удивлённо замер на пороге. Но только на мгновение.
– Привет. Давно вы здесь?
Не стоило слишком рано расслабляться. Это можно сделать только по пути в Бристоль. Келли снова отставила чашку.
– Не очень. – Она приготовилась встать с места. – Чайник только закипел. Сделать тебе кофе?
– Сиди. Я сам.
Папа отмахнулся, всё-таки вошёл в кухню и сразу отвернулся к плите. Принялся стучать банками и хлопать дверцами шкафов. По кухне протянулись провода молчания. Скорей бы можно было уехать… Если сделать это минут через тридцать, никто не обидится? Диана еще не проснулась, Тео тоже до сих пор не вышел, сонный и лохматый, с требованием включить мультики… Наверное, придётся дождаться их пробуждения.
