– Послушай… – Лев чувствовал, как его трясет от гнева. – Валентина, давай-ка ты для начала разберешься со своей жизнью. А уже потом будешь лезть в чужую.
В ответ ему заныли гудки оборванного звонка, Барсукова швырнула в ярости трубку.
Лев чертыхнулся: из-за криков Барсуковой он пропустил нужный поворот, и теперь большая трасса потащила его совсем не в ту сторону, куда было запланировано. Полковник хотел показать найденный в сейфе Терехина камешек проверенному специалисту, с которым работал уже не раз. А теперь неизвестно, как выбраться из пробок большого окраинного района и попасть в центр, где располагалась мастерская ювелира.
Пару километров Гуров протащился в длинной нудной пробке – поток жителей отдаленного района возвращался домой после рабочего дня, а потом в раздражении выкрутил руль и решительно свернул с проложенного в навигаторе маршрута. Надо попытаться вернуться назад дворами.
Он повернул раз, второй, выскочил, снова неудачно, на загруженную автомобилями улицу и улизнул в арку двора, объехал по кругу и снова оказался в арке, на выезде по дороге все так же шел плотный поток из машин.
Гуров только решил снова открыть карту, как вдруг от крылечка, которое спускалось по фасаду дома и свисало ступеньками в арку, раздались крики. Сначала на ступени вылетел парень в куртке и джинсах, а за ним старик с бородой. Он вцепился в рукав куртки молодого человека, но тот ловко вывернулся, ударом локтя отшвырнул пожилого мужчину и кинулся бежать в темный проход.
– Стой! Хулиган! – Старик сделал шаг за парнем, но беспомощно затоптался, выставив вперед руки. Его очки повисли на носу, разбитые и бесполезные.
Опер резко перегнулся через пассажирское сиденье и открыл дверцу, чтобы остановить беглеца. Но парень вовремя успел среагировать – вывернулся боком и со всей силы продрался через щель между дверцей и стеной арки.
Гуров перекувыркнулся одним махом через сиденье, вылетел в открытую дверь и кинулся за хулиганом. В два шага он нагнал его и перехватил сначала за капюшон, а потом притянул к себе и силовым захватом на шее остановил попытку убежать.
Старик в разбитых очках торопился к ним, сильно хромая.
– Спасибо! – Он беспомощно то снимал очки, то снова надевал их на нос. – Спасибо, что остановили его. Расколотил мне витрину, хулиган! Я полицию сейчас вызову!
Гуров посильнее сдавил шею беглецу и потянул его за собой в сторону ступенек:
– Идемте, я помогу. Давайте вызовем вам врача, у вас кровь на лице.
Старик кивал и все благодарил и благодарил:
– Что за молодежь! Я ведь просто ему сказал, что его камни обычные фианиты, а он закатил скандал, расколотил мне витрину. Я еще, дурак, за ним погнался, только вот очки разбил.
Опер успокоил пострадавшего:
– Сейчас приедет полиция, вызывайте. Я буду свидетелем.
Тот тяжело поднялся по ступеням и распахнул гостеприимно дверь, на которой висела табличка «Мастер-ювелир Крошин П. И.».
Под ногами у Гурова захрустели стекла, он с силой задвинул хулигана в угол. Одной рукой вытащил пластиковый крепеж, который носил с собой всегда в качестве аналога одноразовых наручников. Он быстро перехватил одну руку хулигана, завел ее за спину так, что тот закричал от боли:
– Отпусти! Сломаешь!
Лев уже зафиксировал руку в петлю и скрепил ее с батареей под окном:
– Не переживай, не сломаю, я тренировался, чтобы было больно, но не смертельно.
Парень смог наконец развернуться лицом к Гурову и Крошину. Он выкрикнул ювелиру:
– Ну че ты устроил?! Я просто психанул. Че надо-то, извиниться? Ну извини, отпустите!
Старик, который тыкался в телефоне и никак не мог разобрать номер без очков, возмущенно ткнул в разбитую перегородку над своим рабочим местом:
– Извини?! Ты мне посмотри, что наделал! Кто убирать все это будет, кто новое стекло будет ставить? А очки! – Он стащил с носа пустую оправу. – Да я без них ничего не вижу, их на заказ делали. Работа сейчас встанет вся. У меня же заказы. А тут ты со своими фианитами. Ты взрослый уже, а как ребенок тут орать начал.
Парень в бешенстве выкрикнул:
– Ты врешь, надуть хотел меня на бабки! Это брюлики, я точно знаю.
И тут же осекся, затих под внимательным взглядом Гурова. Он торопливо сунул свободную от «наручников» и батареи руку в карман, выудил две крупные купюры, вдруг заговорил просительно:
– Ну чего вы, вот, за суету. Отпустите. На очки хватит и на стекло новое, – под взглядом опера его начало трясти. – Ну, мужик, бери, ты че. Считай, премия за геройство. Отпустите, чего вы, зачем вам эта возня с полицией.
Парень метнул взгляд на старика:
– Ну ты, скажи ему! Давай я уберу тут все, денег дам, отпусти! Только витрину же разбил, компенсирую, больше же ничего не сделал. Ну настроение было плохое, меня девушка бросила, еще эти бриллианты. Я ей купил в подарок, а они фальшивые оказались. Меня обманули, ну я разозлился.
Ювелир нерешительно затоптался на месте, пыл у него уже схлынул:
– Ну не знаю… можно ли тебе верить. – Он повернулся за поддержкой к Гурову.
А тот почти вплотную приблизился к задержанному. Попался! Вот это удача!
