Он, не поворачиваясь, махнул рукой, прощаясь.
– Ты хам! Гад! Просто отвратительный человек! – снова закричала девушка и поспешила следом, боясь, что он не услышит всего, что она хотела сказать ему.
– Ты не первая, кто говорит мне это, – зло проговорил он и ехидно рассмеялся.
– Вот и катись к той первой! По ней же всё время страдаешь!
– Так и поступлю.
– Отлично!
– Я тоже так считаю.
– Ненавижу!
– Обоюдно.
Злость достигла своего апогея, вырываясь у девушки яростным криком возмущения. Туён помчалась в свою комнату, а уже внутри стала метаться не хуже того монстра в клетке, разве что на стены не бросалась. Девушка хватала свои вещи с полок и бросала на пол, поднимала и снова бросала. Содержимое тумбы и стола тоже перекочевало на пол. Время шло, а злость не унималась.
Среди разбросанных вещей промелькнуло маленькое растение с фиолетовыми прожилками. Воздух словно закончился, вместе с яростью. Туён обессиленно опустилась на пол, бережно поднимая мох из черных лабиринтов, аккуратно положила его на стол, а после окинула хаос в комнате.
– Вот это я дура, – сокрушенно простонала Туён, чуть не плача, – мне же теперь это всё убирать…
Дверь отворилась, вернувшаяся Меари в ужасе уставилась на сидящую на полу подругу.
– Что случилось? – воскликнула подруга.
– Потеряла кое-что, – сказала Туён, кривясь, – искала…
Меари потребовалось пару секунд на осознание, а потом на лице расплылась понимающая улыбка.
– С Даином поругалась?
Туён схватила лежащий рядом сапог и запустила в подругу, та со смехом увернулась.
– Иди уже отсюда! – прикрикнула Туён.
– Я только за курткой зашла, собиралась с Наэлем прогуляться, – хихикая ответила Меари, схватила ближайшую вещь и скрылась за дверью, оставляя подругу «наслаждаться» результатом излишней эмоциональности.
Уборка заняла много часов. Болезненное пристрастие к идеальному расположению вещей не давало уставшей девушке лечь спать, пока в комнате снова не станет чисто. Оставшиеся пару часов до завтрака на сон были слишком скоротечны и ещё больше утомили её.
Ей снился Лён, который жарко прижимал её к себе и целовал, заставляя таять и стонать от удовольствия. Ей снился У-Джин, который вошел в купальню и застал её. Снились его горькие, обидные, обвиняющие слова. Снились понимающие глаза эльфа и издевательское «женщины» от Джихо. И Ичаро… который уже перед самым пробуждением насмешливо проговорил:
– У-Джину дала, Джихо дала, Наэлю дала, Даину дала, теперь и мой черед…
Туён с криком подскочила, часто дыша. Сердце бешено колотилось, понимание, где она, пришло не сразу. Время не позволяло поваляться в кровати, не хватало ещё опоздать на смену второй раз. Кое-как собралась и поплелась в столовую. Келлен был уже на месте, лениво ковырял в тарелке. Вид его оставлял желать лучшего. Ночь у следопыта вряд ли была лучше её. Это доставило девушке мстительное удовольствие.
Туён свой поднос почти бросила на стол Келлена. Мужчина поднял на неё колючий взгляд и поднялся, собираясь пересесть.
– Мы это уже проходили, – ядовито процедила она, предупреждая, – я пересяду следом.
– Какого Арарага ты ко мне прицепилась?! – тут же вспылил он.
– Ты мне нравишься! Я, кажется, говорила это, – с сарказмом произнесла девушка, подражая привычной манере Келлена разговаривать.
– А ты мне – нет! И я, кажется, тоже говорил это!
Они уставились друг на друга, зло сверкая глазами, обещая во взгляде страшную кару.
– Поцелуйтесь уже и помиритесь, – насмешливо сказал кто-то.
– Закрой свой рот! – рявкнул Келлен.
– Не твоё дело! – выпалила Туён.
Их возгласы совпали, как и поворот головы в сторону посмевшего вмешаться. По столовой пронеслись смешки и колкие замечания. Келлен плюхнулся обратно на скамью и больше не смотрел на девушку, Туён подтянула поднос и глубоко задышала, стараясь унять гнев.
– Ешь, – тихо буркнул Келлен, бросая на неё недовольный взгляд, – вчера же не ужинала.
– И сегодня не собираюсь! – сердито выдала она, понижая голос, чтобы не привлекать внимание.
– Собираешься пасть голодной смертью? – с сарказмом спросил Келлен, ухмыляясь.
– Да! Умру, а ты будешь страдать и вспоминать меня!
– Это вряд ли, – он хмыкнул.
– Гад! – она подалась вперед, выкрикивая это слово. Очень сильно захотелось его ударить.
– Прилипала! – выкрикнул он в ответ, тоже теряя выдержку, подаваясь к девушке.
Келлен вдруг схватил её за шею и притянул через стол к себе, прижался губами к её губам. Туён испуганно распахнула глаза и оттолкнула его. Гнев, что душил её до этого, растаял, сменяя растерянностью, а затем волнением. Она смотрела ему в глаза и тонула в их глубине. У неё были отношения с другим человеком, но то, что сейчас она чувствовала, разительно отличалось: непродолжительное касание жгло изнутри и утягивало вслед за желанием принадлежать… Если бы Келлен попросил её сейчас прыгнуть в пропасть, то она, не раздумывая, сделала бы это. Понимала, что так не должно быть, но что делать с этим не знала… И это пуга́ло.
– Не делай так больше, – тихо сказала она.
– Не буду, – шепотом пообещал Келлен и протянул руку, накрыл её ладонь. – Только если сама попросишь.
