– Мы с ним немного не поладили в последнюю встречу, – выдавил сквозь слезы смеха Келлен. – Он считал, что моя голова не подходит этому телу, и решил исправить ситуацию.
– Прекрати так говорить, – поежилась Туён, – звучит слишком ужасно.
– Уж прости, как есть, – его смех резко оборвался. Келлен снова мысленно вернулся в тот момент, чувствуя, как закипает всё внутри от гнева, – Каун, ты должна помнить его, мужчина в возрасте, в третьем крыле сидел раньше, отдал свою жизнь вместо меня. И только поэтому я сейчас стою перед тобой. Та милая зверюшка впереди тебя разорвала его…
Туён в ужасе воскликнула, а потом зажала рот рукой и отошла в сторону, отвернулась от него спиной, делая вид, что ей что-то нужно посмотреть в книге для записей. Плечи едва заметно подрагивали.
Раскаяние прошлось по нему жаркой волной. Вот уже гадская натура. Зачем сказал? Плачет же стоит. Ещё от вчерашнего не отошла, и тут он со своими злыми откровениями. Монстр всё не затыкался, и Келлен резко повернулся к нему, показал известную комбинацию из пальцев, впервые в душе надеясь, что Туён права, и эти существа разумны, по крайней мере, до той стадии, чтобы понять, что именно он показал.
– Прости, – пробормотал Келлен, подходя к ней, неловко переминаясь с ноги на ногу.
– Всё нормально, – сказала она ровным голосом, не оборачиваясь.
Да ненормально! Знал, что притворяется сильной танэри. А на деле… маленькая ещё. Слабая улыбка тронула губы. Нежность проклюнулась в душе, вызывая чувство неуверенности. Надо как-то утешить, поддержать, но…
– Даин, вот ты где! – звонко крикнул Кван Чи, пытаясь разом перекрыть стоящий здесь ор. – Господин Самсон ждет тебя!
– Сейчас, – недовольно бросил Келлен, кривясь. Помощник замер в ожидании, поэтому следопыту пришлось обернуться и добавить, зло процеживая сквозь зубы: – Не смею задерживать, дорогу найду сам.
Кван Чи кинул недовольный взгляд на танэри и следопыта и засеменил прочь.
– Туён, – позвал её Келлен.
– Иди, Лён, – обернулась она, слабо улыбаясь, – не нужно сердить Самсона, и… – девушка замялась, не зная, как продолжить.
– Говори уже, – облегчил её муки мужчина.
– Не приходи пока… Я, конечно, рада тебя видеть, но… ты волнуешь того монстра, а он заводит всех остальных ещё сильнее… – она виновато поджала губы.
– Ну хоть кого-то я здесь волную, и то хорошо, – съязвил Келлен, криво усмехаясь, и не прощаясь вышел.
Туён расстроенно смотрела ему вслед. Обиделся. Теперь не пойдет с ней гулять, а она рассчитывала и на сегодняшний вечер завладеть его вниманием. Захотелось плакать от досады и кричать от злости одновременно. Тот огромный монстр меж тем продолжал бросаться на решетки, смотря в ту сторону, куда удалился следопыт. Клыки царапали металл прутьев, вызывая мурашки по телу девушки. Туён схватила книгу, подскочила и ударила по клетке, как раз возле того места, где была голова чудища. Ударила от души, со всей охватившей её в тот момент яростью.
– Закрой уже свою пасть! Достал! – заорала она. – Иначе я найду в этой чертовой комнате лом, дождусь пока тебе вколют снотворное, и лично повыбиваю все клыки, чтобы нечем было драть железяку! И когти повырываю, чтоб не совал куда не надо!
Монстр в ответ на её агрессию яростно зарычал, разбрызгивая слюну.
– Он уже ушел! Поэтому просто заткнись! – снова закричала она и опять замахнулась книгой.
Тварь резко умолкла и больше не двигалась.
Туён прошла обратно к столу и бросила туда толстенную книгу, что держала в руках. Удобно села на стул, закинула ноги на стол, вытягивая их.
– И своим скажи, чтоб не орали! Голова уже болит! – проворчала девушка, а потом тяжко вздохнула, предвкушая долгий шумный день.
***
Келлен стоял наверху рядом с алхимиком и смотрел на Туён, что воевала с монстром, не подозревая, что её видно. Блестящая ровная поверхность, установленная над клетками с одной стороны на стене, открывала вид на происходящее в комнате с подопытными.
– Она с ним разговаривает, – изумленно проговорил Самсон.
Келлена это как раз не удивляло, что-то подобное было в духе Туён, а вот то, что монстр в итоге умолк, было поразительно. Если сложить то, что он сам заметил в лабиринтах, и то, что сейчас увидел, выходило, что теория Туён имеет место быть. Они разумны и понимают человеческую речь, по крайней мере, некоторые из них. А вот чем это всё чревато – предстояло только узнать.
– Какая необычная девушка, – заключил алхимик, следя, как она закинула ноги на стол.
Интерес, промелькнувший в глазах Самсона, вызвал у следопыта тревогу. Такими глазами тот обычно смотрел на своих испытуемых.
– Ты с ней разговаривал. Знаком лично? – спросил алхимик.
– Моя девушка, – соврал Келлен.
– Как интересно, – задумчиво проговорил Самсон, соединяя пальцы треугольником, бросая взгляд на собеседника.
«Ничего интересного!» – хотел огрызнуться Келлен.
– Советую тогда хорошенько приглядывать за своей девушкой, – сказал наконец-то алхимик после небольшой паузы, – и научить её быть послушной, если она хочет задержаться в крепости надолго. Ведь обратного пути у неё всё равно нет. А мне проблемные люди не нужны.
