Танэри скривился, подарил напоследок девушке презрительный взгляд, как будто это она довела его сестру до такого, и молча вышел. Натаниэль махнул Туён на прощание и пошел следом. Уже на отдалении девушка услышала мелодичный голос эльфа:
– Джи, ты слишком строг к Меари.
– С чего такое беспокойство? – донесся язвительный голос танэри.
– Во-первых, смени тон, мне он неприятен, а во-вторых, если ты вынырнешь на минуточку из собственных амбиций, то поймешь, что Меари не так уж и плоха, как тебе может показаться…
– Во-первых, прости меня… – голос танэри потеплел и принял виноватые нотки. – А во-вторых…
– Не будем об этом, – мягко перебил его эльф. – Отстранись от происходящего. Покой и время принесет тебе ясность ума, а вместе с ним и правильное решение, которое будет только твоё, а не навязанное мною или ещё кем-то…
– Всё-то ты знаешь, серебряный пес…
– Долго живу…
Девушка знала, что про Изумрудную долину и эльфов вряд ли здесь что-нибудь будет, а вот по истории Азуриана книг должно быть предостаточно. У неё есть имя правителя Ринндела, примерные даты, а это уже что-то…
Она оказалась права: отдельная полка была выделена под историю провинции Когурина. Быстро выбрав те тома, в которых повествовались события Священного века, Туён уселась в кресло и стала изучать.
Как и любую другую часть территории, что сейчас принадлежала империи Азуриан, провинцию Когурин омывали реки крови. Войной забирала империя землю себе, вытесняя живущие там народы, строя своё величие. Историю после переименования девушка пролистывала: в видении Первого та земля носила название Ринндел, её и искала.
Время летело незаметно, страница за страницей тихим шорохом, погружая в прошлое, которое сейчас для Туён значило больше, чем настоящее. Оказалось, что народ, живший здесь до завоевания азурами, отличался. Это не стало новостью для девушки. Риана из прошлого выглядела, скорее, как иллинуйка, ничего характерного, присущего жителям империи, в её образе не было.
Территория Ринндела и теперешнего Когурина отличалась. Размерами. Границами. Когурин значительно больше. Крепость Андерин не находится на территории бывшего Ринндела, в стороне от него, причем на значительном отдалении.
Чем дальше Туён углублялась в прошлое, тем меньше сведений было. Порой и вовсе правление того или иного человека умещалось в одну строчку. Когда дело пошло уже к 100 годам, девушка отчаялась: шансов узнать что-то было крайне мало… вряд ли история сохранилась и с тех времен.
Время неумолимо стремилось к рассвету, Туён собралась отложить книги и продолжить уже завтра, точнее, сегодня, но к вечеру, как знакомое имя всколыхнуло душу, учащая сердцебиение.
Девушка жадно вчитывалась в строчки, посвященные ему, но ничего стоящего не было. Лишь откуда родом, имя супруги и… дочерей. Младшую звали Риана.
Туён уставилась на это имя. Кровь прилила к голове, часто стуча в висках. Риана… Это непросто имя. Туён знала, как Риана выглядит, знала, как нежно и мелодично звучит её голос, знала, как прохладны её пальцы на ощупь.
Сумасшествие…
Риана жила почти две тысячи лет назад.
Туён вырвала зачем-то страницу из книги, сложила и спрятала во внутренний карман. Почти бегом покинула библиотеку, желая как можно скорее оказаться на свежем воздухе, желая прийти в себя и найти хоть какое-то логическое объяснение всему происходящему.
***
Если не считать нескольких женщин-танэри, столовая была пуста. Практически всех мужчин крепости распределили по близлежащим крупным поселениям, где они должны были забрать доставленных со всей империи заключенных и сопроводить их до крепости. Туён грустно вздохнула. Конечно, новая забава Самсона требует пополнения и человеческих ресурсов. Лён отправился в черные лабиринты в этот раз с пятнадцатью людьми, а сколько из них вернется – неизвестно. А ещё же испытания… И новые походы… Тело покрылось мурашками от понимания того, что думать об этом с каждым разом становится всё привычнее.
– Привет, Ли! – бодро воскликнула Меари и плюхнулась на скамью рядом с Туён. – Что с лицом?
– Лёна нет уже тринадцать дней.
– Ясно.
– Как день прошел? – прервала неловкую паузу Туён, не желая снова впадать в отчаяние.
