«Без сомнения, вы с Торфиннуром поссорились», — продолжал Сигурд Óли. «Вы все пытались его уговорить, но Торфиннур не сдвинулся с места. Он заработал миллионы, десятки миллионов, но хотел все вернуть. Вы сказали ему, что он приведет всех вас за собой. Ты сказал ему, что можешь все уладить, забрать его долю кредита и замести следы. Это было бы возможно, но Торфиннур не хотел этого, он хотел искупить преступление; он просто не мог игнорировать, откуда взялись деньги».
Сверрир выпрямился и подался вперед на кровати.
«Я не причастен к смерти Торфиннура», — сказал он наконец. «То, что ты говоришь о деньгах, правда. Я не знаю, что сказали вам Арнар и Кнатур, но я вряд ли могу отрицать, что принимал участие в отмывании денег вместе с ними и Аленом С öРенсеном. Я готов взять на себя ответственность за это. Но я не причастен к смерти Торфиннура. Мы поссорились, ты прав. Мы поссорились из-за денег, из-за наших секретных счетов и происхождения средств. Он не мог игнорировать, как были заработаны деньги. Я сказал ему, что это не имеет значения, но что если он захочет уволиться, мы все уволимся. Но этого было недостаточно; он хотел вернуть деньги, открыть счета и рассказать полиции всю историю. Остальные из нас согласились разорвать наши связи с S & # 246; rensen; мы были даже готовы вернуть деньги; мы были готовы сделать почти все, о чем просил Торфиннур, но мы не могли согласиться предавать этот вопрос огласке так, как он хотел».
Сверрир встал и глубоко вздохнул.
«Вот из-за чего мы поссорились», — сказал он. «Это было единственное, чего мы не стали бы делать. Мы договорились обо всем остальном».
«Так ты столкнул его со скалы?»
«Я оставил его здесь», — сказал Сверрир. «Мы поссорились из-за счетов и из-за С öренсена. Он не уступил ни на дюйм, поэтому я сказал ему, что он может идти к черту, и оставил его одного, а сам пошел за машиной. Я был зол».
«Раньше ты только говорил, что ходил за машиной. Ты ничего не говорил о ссоре».
«Что ж, теперь я признаю это», — сказал Сверрир. «Похоже, ты все равно знаешь все о счетах. Я вышел из себя и ушел от него. Тебе решать, веришь ты мне или нет, но это правда. Я виню себя в том, что с ним случилось — с тех пор у меня не было ни минуты покоя. Я был косвенно ответственен за его смерть — я признаю это — бросив его, но это не было убийством. Я отрицаю это; я категорически отрицаю это. Я всегда хотел вернуться за ним, но потом он взял и дал себя убить».
Сигурдур Óли изучал Сверрира, а Сверрир избегал его взгляда, неловко стоя, уставившись на четыре стены, которые окружали его и теперь, казалось, давили со всех сторон.
«У него были какие-нибудь подозрения о том, что ты намеревался сделать?» — спросил Сигурд Óли. «Ближе к концу?»
«Ты что, не слышал, что я сказал? Меня там не было».
«Он умер в тот момент, когда ударился о камни? Или прожил еще немного?» Сигурдур Óли безжалостно продолжил.
«Я его не трогал», — запротестовал Сверрир.
«Вы слышали его крики, когда он падал?»
«Я не буду отвечать на этот вопрос. Это не заслуживает ответа».
«Возможно, это нелегко доказать, но факт остается фактом: вы организовали поездку, вы взяли с собой Торфиннура, вы вернулись один, и вам было что терять. Я сомневаюсь, что тебе это сойдет с рук.»
Сигурдур Óли повернулся и постучал в стальную дверь, чтобы кто-нибудь открыл ее.
«Я не убивал его», — сказал Сверрир.
«Я думаю, ты все еще отрицаешь это», — сказал Сигурд Óли. «Я думаю, судьи примут сторону Торфиннура. Я верю, что вы подтолкнули его; я верю, что вы увидели возможность избавиться от него. Вполне возможно, что вы спланировали это до того, как отправились в Снайфелльснес — вы и остальные. Или, возможно, это был просто момент безумия. Это не имеет значения. Но ты подтолкнул его к краю».
Раздался легкий скрип, когда дверь открылась, и Сигурд Óли вышел в коридор, поблагодарил охранника, затем тщательно запер за собой дверь. Сверрир забарабанил изнутри и начал кричать.
«Поговори со мной! Поговори со мной!»
В двери был люк. Сигурд Óли открыл его, и они посмотрели друг на друга через отверстие. Лицо Сверрира было пунцовым.
«Это был несчастный случай», — сказал он.
Сигурдур Óли просто посмотрел на него.
«Это был несчастный случай!» Сверрир повторил более решительно. «Несчастный случай!»
Сигурдур & # 211; ли снова закрыл люк и ушел, сделав вид, что не слышит, когда Сверрир начал колотить в дверь и пинать ее ногами и кричать из глубины своей камеры, что это был несчастный случай, что он не имеет никакого отношения к смерти Торфиннура.
Поздно вечером в квартире Сигурдура ли зазвонил телефон. Это был Патрекур, спрашивающий, может ли он заскочить. Вскоре после этого в его дверь постучали, и он открыл ее, обнаружив своего друга, стоящего там с потерянным видом.
«Это была моя вина», — сказал он. «Это я должен отправиться в тюрьму».
«Заходи, я как раз собирался выпить чаю». Сигурдур Óли проводил его на кухню.
«Я ничего не хочу», — сказал Патрекур. «Я просто хочу поговорить с тобой. Как ты думаешь, что произойдет?»
