— Как вы знаете, я питаю слабость к красивым вещам. Так что я собираюсь добавить вас в свою коллекцию. — Она выглянула из-под занавески окна своего экипажа и сказала будто бы задумчиво: — Понадеемся, что купленная мной юда не голодна.
Для двоих — юды и Асена — клетка была тесновата. Ерзая в поисках удобного положения, он всякий раз задевал плечом ее оперение. Мэр заменила шелковую ленту, что связывала его руки, на пару пушистых ярко-розовых наручников. Вероятно, они чаще использовались в более интимных целях.
А хуже всего, что треклятые попугаи легко проникали сквозь прутья клетки и летали вокруг него, громко визжа и поклевывая его уши.
Все это напоминало Асену тот последний раз, когда он сидел в клетке на вершине самой высокой башни Змея. Теперь он тоже видел одни звезды, хоть и в стеклянном куполе вольера на этот раз. В клетке Змея было очень холодно, а в вольере — невыносимо жарко.
Лишь ощущение несвободы и беспомощности было тем же самым.
Единственную надежду Асена составляло то, что мэр нашла при нем пистолет, но не отмычку, засунутую глубоко в потайной карман. Асен провозился с наручниками несколько часов, пока что безрезультатно. Наручники были явно старые, механизм заржавел.
— Ну как ночка? — спросил он у юды, сражаясь с замком.
Юда долго смотрела на него сверкающими глазами, но так и не ответила. В любом случае вопрос был глупый.
— Соколицу знаешь? — произнес Асен, пробуя определить, была ли юда настоящей или какой-то сложной мистификацией.
— Соколицу? — прохрипела та.
— Да, Соколицу. Вы, должно быть, встречались. Немного выше тебя, оперение лиловее. — Асен помолчал и добавил: — Она меня однажды спасла.
Не успела юда ответить, как дверь вольера открылась и вошел тощий мужчина средних лет. Сначала он наполнил птичьи кормушки горой листовой зелени, ломтиками моркови и огурцов. Затем осторожно подошел к клетке, не сводя глаз с юды. В руках у него была окровавленная коровья нога.
— Здравствуй, друг, — поприветствовал его Асен. — Что ты мне принес? Я тут немного проголодался.
Мужчина проигнорировал его. Без единого слова он положил коровью ногу на землю возле клетки.
Юда сморщила нос, но тут ее живот громко заурчал. Асен понимал, что это мясо слишком свежее, но нищим выбирать не приходится. Юда попыталась клюнуть коровью ногу и обнаружила, что прутья клетки слишком частые. Даже ее голова сквозь них не проходила.
Асен прищурился, глядя на нее. Могла бы и руки использовать, чтобы затащить еду в клетку. Не животное ведь. Только он открыл рот, как она метнула в него острый взгляд через плечо. Сообщение в ее глазах было ясным: цыц!
Он наконец-то понял ее затею. Юда вполне могла использовать руки, и Асен это знал, а вот мужчина не знал. Вероятно, он видел в ней попугая-переростка.
Умно. Асен все яростнее пробовал освободиться от наручников, хотя был достаточно осторожен, чтобы не поворачиваться к мужчине спиной.
Понаблюдав за мучениями юды, мужчина вздохнул. Вынул револьвер из кобуры, крепко сжал его в правой руке, а левой отпер клетку. Когда он наклонился, чтобы подобрать кусок мяса, юде представился шанс.
Она выскочила из клетки и толкнула мужчину наземь.
Тот выругался, ударившись спиной. Опытным стрелком он точно не был, пули летели повсюду, ударяясь об пол и кормушки для птиц, рикошетя и проделывая крошечные отверстия в стеклянном куполе. В юду не попала ни одна.
Наконец у него закончились патроны. С паникой в глазах мужчина встряхнул револьвер, как будто надеялся, что это поможет. Когда же пистолет отказался стрелять, он бросил им в юду и на этот раз, по иронии судьбы, не промахнулся. Угодил ей прямо промеж глаз.
До этой минуты юда была с ним терпелива, подметил Асен. Она старалась не причинять ему вреда. Он ведь просто выполнял свою работу и не был тут злодеем.
Но выходка с револьвером оказалась последней. Юда взвыла и полоснула мужчину когтями, отчего он перелетел весь вольер и ударился головой об угол кормушки. Вспугнутые попугаи с визгом метались вокруг него, но он не реагировал. Голова его свисала, глаза закрылись.
Благоговейно Асен наблюдал, как юда приготовилась взлететь. Она расправила крылья, и те заняли большую часть вольера. Как мэр вообще могла думать, что она сможет держать в клетке чудовище из Чернограда, словно домашнюю птицу?
— Постой! — закричал Асен. — Возьми меня с собой!
Юда повернулась взглянуть на него, и этот единственный момент колебания едва не стоил ей жизни. Мимо ее уха просвистел арбалетный болт.
Асен повернулся на звук. В дверном проеме стояла мэр, одетая в ночную рубашку и с бигуди на голове. От жестокой улыбки ее зеленая маска для лица пошла трещинами. Перезарядив арбалет, она направила его на юду и спокойно сказала:
— Я услышала шум. Подумала: бежать пытается не юда, а вы, Костас. Или мне следует называть вас «детектив Асен Бахаров»?
Сердцебиение Асена взбрыкнуло, но лишь на секунду. Значит, она поняла. Стоило ожидать.
