— Прошел слух, что он ищет юду, а ты знаешь, какие рьяные у него помощники, — продолжал Маламир. — Они сделают все, чтобы заслужить его благосклонность. И когда вторая юда просто упала с неба, они отвели ее прямо к нему.
— Это и была я, — невесело рассмеялась Врана.
— Конечно, вторая юда ему оказалась ни к чему, а вдобавок Наталья убедила его, что Соколица — известная провидица в мире монстров. Но Карайванов никогда не откажется от легких наличных, особенно сейчас, когда контрабанда стала куда менее прибыльной, чем раньше. Отсюда и аукцион.
— Но зачем? — спросил Косара. — Зачем Карайванову вообще понадобилась юда?
— Ну… — Маламир наклонился вперед и заговорил с драматизмом, которому его некогда обучили в театре: — Я слышал, что Карайванов ходит по лезвию ножа. Он превратился в параноика. И он хочет юду, чтобы…
— Чтобы та предсказала его судьбу! — ахнула Косара. — Юда может увидеть, как он умрет!
— Соколица никогда бы ему не сказала, — фыркнула Врана. — Даже если бы захотела.
— Почему? — спросила Косара.
— Мы не можем контролировать свои видения.
Косара мысленно выругалась. Если Соколица не даст Карайванову желаемого, она ему скоро надоест. И тогда он, вероятнее всего, продаст ее на торгах, как и Врану.
— Ты сказал, что знаешь, где ее держат? — повернулась к Маламиру Косара.
— Да. На складе в речном районе.
Асен нахмурился, знакомая складка между его бровями стала глубже.
— Откуда ты это узнал? Карайванов не поделился бы такой секретной информацией с кем-то вне ближайшего круга.
Маламир посмотрел на свои руки — его пальцы, обхватившие чашку кофе, дрожали.
— Я работаю на него уже некоторое время… Может, он начинает мне доверять.
— Ну а вот я тебе не доверяю. — Асен откинулся на спинку стула, скрестив руки. — Твой босс наконец-то делится с тобой важной информацией, а ты первым делом бежишь сюда и сдаешь его? С трудом верится.
Косара бросила на него задумчивый взгляд. Раньше он никогда так быстро не отмахивался от людей, выбравших правильную сторону. Тот Асен, которого она знала, верил в добрые начинания.
Он поймал ее взгляд на себе и пожал плечами:
— Считай это интуицией следака.
— Клянусь, я правду говорю! — умоляюще взглянул Маламир на Косару. — В прошлом я совершил много вещей, достойных сожаления, но сейчас я умываю руки, раз дело коснулось торговли людьми… — Он перевел взор на Врану. — То есть торговли юдами.
Косара пожевала нижнюю губу. В глубине души она ему верила, зная, как сильно он заботился о своих питомцах-караконджулах. Возможно, его симпатия распространялась и на прочих монстров. Но вдруг ее бдительность ослабла и она ему доверяет исключительно по старой дружбе?
— Есть одна вещь, о которой вы все забыли, — сказала Роксана. — Маламир чуть не погиб, предав Карайванова.
— Хорошее замечание, — признала Косара.
Она хорошо его знала, и, если бы он притворялся, — что ж, тогда это было бы чертовски талантливо. Все-таки Маламир был склонен переигрывать, даже когда и вправду работал в театре.
Вместо ответа Асен хмыкнул, не находя, с чем поспорить.
— И мне кажется, вы забыли кое-что еще, — вмешалась Врана. — Пока мы сидим здесь и болтаем, Карайванов мучает мою сестру.
— Поверь мне, я прекрасно об этом помню, — сказала Косара. — Ну, Маламир? Какой план?
Маламир вздрогнул, словно полагал, что его роль в разговоре окончена.
— Я могу отвести вас туда, где он ее держит. А уже после… — Он пожал плечами.
Тут Асен и Роксана заговорили одновременно.
— Сколько охранников? — спросил Асен.
— Как вооружены? — допытывалась Роксана.
— Три охранника, — сказал Маламир. — С пушками.
— Всего три? — снова нахмурился Асен.
— Похоже, Карайванов не ждет проблем. О местонахождении Соколицы знают лишь несколько человек. — Маламир взглянул на свои часы на длинной серебряной цепочке, которые, как подозревала Косара, обладали гипнотизирующими свойствами (поэтому она старалась на них не смотреть). — Нам лучше поторопиться, если мы хотим успеть к смене караула. Что скажете?
Роксана и Врана тут же встали. Асен и Косара переглянулись.
Косара легко прочла на его лице, в вопрошающем изгибе бровей и тонкого рта, что все это ему совсем не нравится. Но был ли у них выбор? Карайванов пленил Соколицу, и, даже если он еще не причинил ей вреда, его терпение скоро истощится. Косара знала, каков он.
И Косара все еще должна этой юде за спасение от Змея. А Асен задолжал сестре этой юды. А Косара — Асену… Их опутала паутина обязательств, и, видит бог, мало какая ведьма ненавидела что-то сильнее, чем быть в долгу. Долги всегда нужно платить.
— Идем, — сказала Косара, и она готова была поклясться, что Асен нахмурился.
От их затеи дурно пахло. Не только потому, что сейчас они шли узкими улочками речного района, перепрыгивая через кишащие мухами кучи мусора и голодающих бродячих кошек, дерущихся за объедки. И дело было даже не в старом пальто отца Косары, которое Асен одолжил в ее гардеробе и теперь ему било в нос запахом плесени с лавандой.
Было что-то, о чем Маламир им не говорил, Асен чувствовал хребтом. Что-то не складывалось.
