Она вышла из комнаты, стуча массивными каблуками по мраморному полу, а вот Асен задержался.
Он нащупал спрятанный в кармане бархатный мешочек. На первый взгляд, это был всего лишь амулет, чтобы отвадить кошмары. Набитый травами — горсткой лаванды, корня валерианы и мелиссы, — он также содержал бумажку с текстом. Это было приглашение, написанное рукой Карайванова, на нелегальный аукцион в тайном месте.
Накануне Асен щедро заплатил своему информатору, чтобы тот добыл мешочек из-под подушки Натальи Русевой. И информатор подсуетился как раз вовремя.
— Ты идешь? — крикнула Лила из коридора.
— Иду. — Асен убедился, что карман с мешочком плотно застегнут, и вышел из комнаты.
Асену следовало передать бархатный мешочек следственной группе. Или, по крайней мере, рассказать о находке своему боссу. Тогда это была бы важная улика в деле об убийстве, свидетельствующая о связи между Русевой и Карайвановым.
Однако тогда пришлось бы объяснять, как к Асену вообще попал этот мешочек. А вдобавок, расставшись с уликой, он навсегда потерял бы единственную зацепку, способную привести к тому месту, где мог скрываться Карайванов.
Асен не мог раскрыть свои карты. У Карайванова, несомненно, были свои люди в полиции. Асен даже начал чувствовать, что не может доверять никому из коллег. Убийства в городе за последнее время участились, но никого, даже его босса, это будто бы не тревожило.
Это могло объясняться только тем, что Карайванов подмазывал полицейских, чтобы те записывали дела как «нераскрытые». А сам контрабандист? Его никто не видел уже несколько месяцев. С каждым днем Асен все больше и больше беспокоился, что не выполнит обещания, данного Боряне.
Он пнул землю и сбил пучок травы, росший в грязи между булыжниками. Истекали последние дни весны, стояла чудесная полуденная благодать, и пыльца лип покрывала окна домов и автомобилей. Через неделю наступит лето, которое, если верить ведьмам-метеорологам, будет по-настоящему знойным.
Он гадал, какие планы у Косары на день летнего солнцестояния. В Чернограде его праздновали как День святого Энио, знал Асен, — первый день лета, когда травы наиболее сильны и их сбор гарантирует, что они сохранят свою силу на весь год.
В последнее время Асен часто ловил себя на мыслях о Косаре: как она себя чувствует, чем занята сейчас? Думает ли она о нем?
Это было глупо. Они не разговаривали с того дня, как она оставила его в Белограде. Теперь Стену можно было пересечь в любое время, и если бы Косара хотела его увидеть, то ей ничего не мешало. Судя по всему, не хотела. Он звал ее на ужин, а она отказалась.
Будто бы он мог ее винить! Она была одной из самых могущественных ведьм в Чернограде, а он кем? Продажным белоградским полицейским.
Наконец он вошел в полицейский участок и поднялся по крутой лестнице в кабинет начальницы. Не успел он постучать, как с той стороны двери раздался голос:
— Входи, Бахаров.
Видимо, его шаги по скрипучим ступеням были хорошо слышны из кабинета.
Асен открыл дверь:
— Здрасте, босс.
Главный констебль Анаит Вартанян сидела за своим столом, держа кружку горячего шоколада. Это была невысокая женщина лет пятидесяти, которая даже в зимние холода не носила ничего иного, кроме вычурных платьев в цветочек и длинных висячих серег. Асен никогда, ни на минуту не верил в ее кажущуюся беззаботность. Под шелковой перчаткой Вартанян таился стальной кулак, в котором она держала всю белоградскую полицию.
— И что ты, Бахаров, теперь натворил? — спросила она, едва его завидев.
— Я что? Я ничего!
— По тебе всегда видно, когда накосячишь. У тебя лицо вытягивается. — Пальцами с ярко-розовым маникюром она вытянула свои щеки, копируя Асена. — Ну?
Он сел на указанный ею стул.
— Ничего я не накосячил. Мы с Лилой наткнулись на жертву убийства.
— «Наткнулись»?
— Обычное дело. Стены ведь больше нет…
— В последний раз, когда я проверяла, Стена все еще стояла, где ей и положено. И слава богу.
— Вы поняли, о чем я. Так вот, подручные Карайванова как с ума посходили. Вся его сеть жрет себя изнутри.
— Не вижу в этом ничего плохого.
— Люди мрут как мухи.
— Подумаешь, это преступники, — пожала плечами Вартанян. — Ну и кто на этот раз?
— Наталья Русева. Владела бутиком «Ведьмин котел» на Главной улице.
Вартанян вскинула брови:
— Итак, что вы нашли?
Пока Асен описывал, в каком состоянии находилось место преступления к их с Лилой приходу, Вартанян слушала не перебивая.
— Значит, у нее не было головы, — сказала она наконец. — Есть идеи почему?
— Возможно, убийца боялся, что она обратится. Русева родом из Чернограда и…
— Бахаров, по эту сторону Стены никто не обращается. — Голос Вартанян звенел.
Асен молчал. Он, как и все горожане, всякого наслушался. С тех пор как Стена стала пропускать людей между городами, отовсюду поступали сообщения о воскресающих на кладбище трупах, а также подозрительно больших волках, бродящих по улицам в полнолуние.
Но это были всего лишь слухи. Никому еще не удалось сфотографировать этих существ или предоставить другие доказательства. Пока.
