‒ А теперь и вообще сдаст. Так что, опасности от него можно не ждать, хотя, кто знает, что ему по пьяни взбредет. Ведь на Юльке он помешен с детства был.
Всю оставшуюся дорогу мы ехали молча. Приехав в офис, я провел много собраний, понял, что без меня все расслабились. Работы было завались, а думать я не мог, ведь мысли были только о ней. Не могу переключиться, вот же, как она забралась ко мне в голову, в сердце. Кто бы мог подумать?
Ближе к вечеру достал телефон, чтобы позвонить своему Ангелу и увидел пропущенный от нее. Юлечка мне звонила, но я был так занят, что не услышал, стал набирать, но у нее был выключен телефон. Набрал Эмилию, но, та не отвечала, наверное, опять, как всегда, была в ангаре с цветами.
Я начинал, почему-то, переживать, мне стало казаться, будто что-то случилось. Сильная боль в сердце появилась, тревога. Я начал собираться на встречу с братом, а Макса отправил домой, ведь переживания меня не покидали.
Мы с моим братом встречались за городом, в небольшом парке, один на один, без лишних глаз. Подъехав к месту, я увидел, что он уже ждет меня у озера.
Я остановил машину, вышел из нее и направился к нему.
‒ Здравствуй, Акмаль Харимович, ‒ тянет он мне руку в знак приветствия.
‒ Ну здравствуй, Мамед, ‒ улыбаясь, протягиваю в ответ. ‒ Ты чего, так официально, мы же одни?
Мамед ‒ мой друг, брат, правда двоюродный, но стал, как родной. О нем никто не знает. У меня был дядя, которого мой отец убил. У этого дяди был незаконнорожденный сын. Про Мамеда никто не знал, он сам на меня вышел. Я, конечно, сразу не поверил, но тест ДНК подтвердил наше родство. И, как-то так получилось, что мы стали, как родные, мы много помогли друг другу в свое время.
Я его приставил к Павлу очень давно, Мамед стал моими глазами, мне было важно знать, как тот ведет дела. Ведь в случае чего, весь мой бизнес перешел бы к нему.
Павел начал очень доверять Мамеду, ведь он доверил ему самое дорогое ‒ Юльку. Мамед стал ее тенью, они даже подружились, Юля начала ему доверять, делиться с ним всеми делами. Ведь никто не догадывался и, до сих пор не догадывается, что Мамед ‒ мой человек.
‒ Как обстоят дела, Мамед? ‒ задаю ему вопрос.
‒ Толком ничего не понятно. Пашка сидит в кабинете, пьет, пару раз к вам собирался, но мы с Саней не дали ему.
‒ Не нравится мне это все.
‒ Акмаль, Паша промолвился, не знаю по пьяни, наверное, но всё же ‒ молчит. Он тебя грохнуть хочет, а Юльку на цепь посадить.
‒ Куда, бл…дь, посадить? На цепь? ‒ чувствую, что закипает кровь, пеленой закрываются глаза, злюсь, кулаки сжимаю. Слышу голос.
‒ Акмаль, Акмаль, ты меня слышишь? ‒ пытается обратить мое внимание.
Смотрю на него.
‒ Акмаль, он тебя грохнуть хочет, давай я его завалю?
‒ Пока не надо, просто внимательней смотри за ним. Если его сейчас сразу завалить, Юлька не простит. Как-никак, столько лет вместе были, ‒ а сам чувствую, кровь бурлит по венам, как только подумаю о них, как они вдвоем…
‒ Ты мне лучше скажи, он причастен к покушению? Как думаешь?
‒ Паша и то покушение на тебя ‒ нет. Он и вправду хотел тебя грохнуть, но, когда решится дело. Ему невыгодно было так тебя убирать.
‒ А кто тогда? Это не Паша, не Бородин, бля…дь, кто решился на меня пойти, ведь еще не было такого. Что ему надо?
‒ Никто не знает, я все проверил и всех, но этот гондон где-то рядом сидит, я чувствую. Мы найдем его, Акмаль, время, нужно время.
‒ Ну, уж постарайся, ведь теперь и жизнь Юльки тоже в опасности. О Паше мне докладывай, дальше еще более внимательней будь. Еще мне скажи ‒ этот Сашок, что ты о нем думаешь?
‒ Санька ‒ правая рука Пашки, да и Юльке он всегда помогал во всём. Когда этот скот Юлю дубасил, он всегда рядом был.
‒ Говоришь, Юльку защищал. Так может, он на нее глаз положил? ‒ смотрю ему в глаза.
‒ Саня? ‒ молчит, думает. ‒ Да нет, он к ней, как к сестрёнке относится, ничего такого я не замечал за ним.
‒ Не нравится мне этот Саша, может, это он меня?
‒ Точно нет, он почти всегда при мне и без Паши таких дел не решает, да ему и выгоды нет, тебя грохнуть, ‒ отмахивается Мамед. ‒ Ну, если хочешь, давай сильнее копнем, но я с ним всегда, копать-то нечего.
‒ Ладно, проверь все равно его, а мне уже пора, соскучился я по своему Ангелочку, ‒ улыбаюсь.
‒ Как там Юля? ‒ смотрит на меня.
‒ Хорошо все с ней, довольная, счастливая, ‒ отвечаю ему, прищурив глаза.
‒ Не смотри так на меня. Я с ней пять лет вместе был, мне ее не хватает, дом стал пустым, да и работы уменьшилось, ‒ отвечает он на мой взгляд.
‒ Смотри мне, а то я могу чего-нибудь не то подумать, ‒ проговариваю, протягивая ему руку.
‒ Давай до звонка, ревнивый муж, ‒ хохочет. ‒ И поздравляю тебя, теперь ты женатый человек, ‒ подаёт руку в ответ.
‒ И самый счастливый. Спасибо.
‒ Кто бы мог подумать, сам Акмаль Харимович. Удачного вам вечера!
Мы начинаем расходиться, как у меня зазвонил телефон. Я достаю, смотрю: звонит Макс. Сердце сразу сжалось, я нажимаю принять вызов.
‒ Да! ‒ грозно произношу.
‒ Акмаль, ‒ беспокойно произносит Макс.
‒ Что случилось? Говори.
‒ Юлька пропала.
‒ Как, бля…дь, пропала? Как это произошло?! ‒ кричу в телефон.
