Койл и Ровайо не теряли даром времени. На основе криминалистических данных была сделана полная виртуальная реконструкция смерти Дрисколла, включая воссозданный в самых жестких натуралистических подробностях труп. Они уже некоторое время стояли в бездонной подсвеченной сини, и запутавшийся в кабелях Дрисколл смотрел на них, под действием подводного течения слегка помахивая распухшей рукой. И-фейс криминалистической лаборатории услужливо увеличивал детали, без которых Севджи вполне могла бы обойтись, независимо от того, принимала она син или нет. У Дрисколла отсутствовали глаза и мочки ушей, губы были объедены так, что рот будто перекосило кривой ухмылкой, а распухшее лицо казалось парафиновым из-за трупного жировоска, который просочился на поверхность кожи из подкожных жировых слоев. Севджи довелось повидать трупы, которые время от времени вылавливали из Гудзона и Ист-Ривер; они выглядели значительно неприятнее, но это было давно, а сейчас иллюзия того, что тело плавало в глубинах океана, заставляла рефлекторно задерживать дыхание.
– Вы говорили, криминалисты закончили с квартирой, – сказала она. – Можно как-то посмотреть, что там?
– Конечно, – кивнул Койл. – Мы все здесь?
– Думаю, да, – явно испытывая неприятные ощущения, сказал Нортон.
Марсалис безучастно кивнул.
– Полная замена, инфодомик шесть, – сказал Койл интерфейсу, и синий подводный полумрак сменился слепящей белой вспышкой, из которой проступили унылые цвета дешевого съемного жилья. Дрисколл либо копил на что-то более приличное, либо не считал нужным тратиться на домашний уют. Мебель тут была функциональной и изношенной; на стенах висели заурядные корпоративные рекламные плакаты разных фирм. Из окна открывался вид на точно такой же многоквартирный дом, стоявший буквально на расстоянии двадцати метров.
Севджи вздохнула с облегчением.
– Вы нашли интересующие нас генетические следы? – спросила она.
– Да. – Ровайо протянула руку, и на мебели и бытовой технике по всей комнате возникли крошечные прозрачные метки красного цвета, похожие на потертости. – Он определенно здесь жил. Пару дней уж точно.
Марсалис подошел к окну и уставился в него:
– Есть подтверждающие видеозаписи? Очевидцы?
Ровайо нахмурилась:
– Нет, с очевидцами у нас туго. Эти кварталы выстроены ддя трудовых мигрантов. Жильцы часто меняются, и никому нет дела до соседей. Есть записи из коридоров, но там тоже негусто. Похоже, он вывел из строя большинство видеокамер, как только тут поселился. Они недели две ничего не фиксировали.
– Все как обычно, – пробормотал Марсалис.
– Ага, как же, – буркнул Койл. – Сдается мне, что в вашем, мать его, Евросоюзе, не то чтобы до хера трущоб для трудовых мигрантов.
Чернокожий мужчина покосился на него:
– Я говорил о выведении из строя камер видеонаблюдения. Как правило, в городах преступники действуют именно так.
– А-а.
– Хотите увидеть, что у нас есть? – спросила Ровайо.
Она уже жестом вызвала из небытия повисший в воздухе экранчик. Марсалис, пожав плечами, отошел от окна:
– Конечно, хуже не будет.
И все они стали смотреть запись с потолочной угловой камеры. Исхудавший Меррин прошел по холлу, пустыми глазами на мгновение задумчиво посмотрел в объектив и двинулся дальше. Севджи, одновременно наблюдавшая за Марсалисом, заметила, как тот слегка напрягся, когда Меррин словно бы увидел их с экрана. Она не могла понять, что именно так смутило тринадцатого; возможно, дело в том, что он увидел достойного противника. У нее самой, когда Меррин посмотрел вверх, перед внутренним взором внезапно возникло тело Джо Дрисколла, как будто во времени открылись два окошка, позволив увидеть одновременно убитого и убийцу, мертвого и принесшего смерть. Мудацкий виртуальный формат! Воспроизведенные миры, где нет места ничему, кроме призраков и механического совершенства перемещающихся среди них и-фейсов, которые, будто ангелы, с нечеловеческой компетентностью управляют всем вокруг.
А вдруг это рай, подумала она неожиданно, тот самый рай, о котором толкуют имамы. Там, говорят они, лишь призраки и ангелы, и нет места ничему человеческому, теплому.
– Так, проблема, – сказала она, чтобы развеять внезапное, нарастающее ощущение обреченности. – Если Меррин именно так выбрался с «Гордости Хоркана», то…
– Да, – закончил за нее Койл, – как он тогда в тот же день оказался в «БиоПоставках Варда» и перемазал всю пристань кровью этого Улисса Варда?
– Есть кое-что поважнее, чем понять,
Койл и Ровайо переглянулись, и Севджи прочла в этом взгляде примерно следующее: «Откуда нам знать, какого хера этот чертов мутант делает то, что он делает?» Она не знала, заметил ли это Марсалис.
Нортон кашлянул:
– Вард был в том районе, это доказывает спутниковая съемка и записи с его субмарины. Мы предполагали, что это совпадение, что он оказался там по несчастливой случайности. Спас Меррина и за свою доброту был убит.
– Спорное утверждение, – сказал Марсалис уже не так мирно.
