Он хмуро посмотрел на тлеющие дрова, как будто обдумывал ответ. Потом резко повернулся ко мне и произнес:
– Фред, я давно хотел кое-что сказать тебе. Чувствовал, что должен, но никак не мог решиться. Я ненавидел Джона Фиринга. У него был роман с моей женой.
Я потупил взгляд. Спустя мгновение Макс продолжил – негромко, но эмоционально:
– Фред, только не притворяйся, что ты не знал. Ты видел их в окне. Знал бы ты, чего мне стоило не избегать тебя и не ругаться с тобой после этого. От одной мысли о том, что тебе все известно…
– Это все, что я видел, – уверил его я. – Только тот миг. – Я поднял голову и посмотрел на Макса. Его глаза были полны слез.
– Но ты все знал, Фред, – не унимался он. – Именно поэтому я пригласил тебя присутствовать при эксперименте. Я понимал, что ты лучше других сможешь судить о моих взаимоотношениях с Джоном.
Мне оставалось сказать лишь одно:
– Макс, ты абсолютно уверен, что твои подозрения в отношении Вельды и Фиринга оправданны?
Выражение его лица ясно дало понять, что мне не стоит развивать эту тему. Макс некоторое время сидел, опустив голову. В доме стояла тишина. Ветер, который еще недавно кидал в окна капли с ближайших деревьев, стих.
Наконец Макс ответил:
– Знаешь, Фред, утраченные эмоции, будь то ревность или научный азарт, весьма сложно воскресить. В разыгравшейся драме именно они были главными. Я не знал об отношениях Фиринга и Вельды, пока не начал с ним работать. – Он взял паузу, после чего с заметным усилием продолжил: – Боюсь, я весьма консервативен, когда речь идет о сексе и обладании. Будь Джон обыкновенным человеком, я отреагировал бы иначе. Может быть, агрессивно. Не знаю. Но наши эксперименты уже начались и были столь многообещающими, что все сложилось иначе. Фред, я занимаюсь наукой всерьез, – он говорил с горестной улыбкой, призрачной, почти мертвенной, – и как настоящий ученый, как рациональный человек, я смирился с тем, что потенциальная польза от наших опытов значительно перевешивала ущерб моему мужскому самолюбию и достоинству. Звучит нелепо, знаю, но я предполагал, что эта интрижка необходима: мой подопытный будет оставаться сговорчивым и покладистым. Я даже подумывал о том, чтобы, вопреки собственному желанию, поощрять их связь. Мне не пришлось менять свой график, чтобы давать им больше шансов побыть наедине, но я был на это готов.
Он сжал кулаки.
