Сперва, полагаю, стоит объяснить, кто я такая. Мацеевицкая – это фамилия моего мужа, по делу которого я Вам и пишу. Девичьей своей фамилии я не знаю, потому что я сирота из степи. Таких, как я, тут называют найденышами или беспризорниками. Меня нашли тринадцать лет назад, но не думаю, чтобы этот срок имел что-то общее с моим нынешним несчастьем. Вероятно, тогда мне было девять лет, мои родители погибли, меня нашли в небольшом селе свободных. Я воспитывалась в детском доме в Слуцке, у меня польское и белорусское гражданство. Пять лет назад я вышла замуж за Альберта, тоже найденыша, а потом мы перебрались в Новый Бобруйск. Как Вы наверняка знаете, власти стараются систематически заселять Восточные Кресы, а поскольку желающих из Польши и Свободной Беларуси не слишком много, тут живет довольно много нас, беспризорников. Мы выстраиваем здесь наше будущее и сталкиваемся с атаками этого проклятого Тумана. Нам непросто, потому что, хотя мы и немало пострадали и стараемся жить как можно лучше, многие смотрят на нас, как говорят у Вас в Польше, «spode łba», исподлобья. Нас считают неустойчивым элементом, что весьма несправедливо. И правда, здесь случаются разные скверные случаи, но ведь не только с найденышами. Мой муж, например, лесник, он заботится о березах и высаживает их вдоль Транссиба. Мой Альберт – хороший человек, прекрасный муж, и он очень работящий, преданный своему занятию охранник деревьев. Он старше меня на восемь лет, а в город попал младенцем. Он прекрасно говорит по-польски и считает себя поляком, хотя у него тоже два паспорта.
Я пишу все это, чтобы Вы обладали ясной картиной относительно нашей ситуации и нашей жизни в Новом Бобруйске, который мы с мужем считаем нашим домом. Тут должны были родиться наши дети, мы верили, что железная дорога будет строиться и дальше, а город будет в безопасности, когда граница снова передвинется на восток.
Но с нами случилось большое несчастье, проклятый Туман атаковал, и погибло немалое число людей, а некоторые исчезли. Среди этих исчезнувших был и мой любимый Альберт.
