Установилась тишина. Все смотрели на шефа операции, на майора Грендора Майхшака, эльфа Ордена Пи.
– Продолжаем миссию. Усилить поддержку географа. Удерживать соединение так долго, как только сможем. До выжигания спутника либо до смерти офицеров.
– Прошу подтвердить приказ, – спокойно произнес врач.
– Продолжаем миссию до выжигания спутника или до смерти офицеров.
Дракон рос и делался мощнее; наверняка уже просчитал, что Каетан не просто еще одно потенциальное звено в сети, что его может оказаться куда труднее подчинить, что он строптивей предыдущих, что это представитель другой силы. Просчитал также и йегеров, рабов своих старых врагов, с которыми сражался годы назад. Проанализировал возможность их случайного одновременного появления и высчитал, что прежних алгоритмов уже не хватит. Начал итерации своих модулей, гомотетический рост. Сеть человеческих тел парила корпускулами формул, твердых доказательств, однозначных утверждений многочленными сериями.
Дракон рос и делался страшнее.
Дракон рос и делался страшнее.
А ведь против Каетана были еще и отряды йегеров. В реве их боевых криков он чувствовал инъекцию силы, безоговорочную поддержку, которая приближалась, нарастая на реальности, как рак на здоровых тканях. Это балроги вышли из своих логов, весь помет выполз в мир из эфирных берлог. Тут происходили слишком важные события, чтобы они могли доверять своим черным янычарам. Фаговая магия ползла к Горе Дракона, как слой плесени, пожирая жизнь и чувства.
Она уже знала, кто такой Каетан, уже атаковала его. Образы матери и сестры ворвались в его сознание, крик умирающей, горящей живьем женщины, всхлипы умирающего ребенка, которому карлик чужого Плана перерезал горло. И дальше, дальше – новые воспоминания, собственные и пересланные из сознаний, гаснущих в боях, в которых он не принимал участия сам. Друзья-кадеты, что гибли в гарнизонах, рассеянных по всем Западным Кресам. Односельчане, от кого он сбежал и на которых пала месть йегеров. Йохан, глупый владелец большой птички, невинный предатель. И другие, так много, так много, кто умер рядом с ним затем, чтобы он мог выполнить свою миссию.
Балроги близились и делались страшнее.
– Есть сигнал! – крикнул вдруг Грендор Майхшак. – Парень крут! Соедините меня с гетманом!
– Заберите его оттуда!
– Это зависит только от него.
– Он справится?
– Не знаю, не знаю.
– Соедините с гетманом. Немедленно!
– Слушаюсь!
Правда, Дракон атаковал и йегеров. Кристаллы его тела пробивались сквозь фаговые щиты и проникали в тела Черных. Йегеры умирали молча, проваливаясь в себя, словно их всасывала внутренняя черная дыра, созданная фрагментами драконьей туши. Геометрическая структура пространства свертывалась.
Каетан сражался, хотя не мог выиграть. Не здесь и не сейчас. Не в одиночестве. Не с текущими сквозь темноту балрогами и не против силы, которая годы назад победила такой же отряд в одиночку.
Но он бил мечом кристаллическую тушу, останавливал энписами йегерские стрелы, молился. Сражался за каждый миг жизни, словно бился за вечность. Ему нужно было получить еще так много информации. Вопросы появлялись, как тихий шепот на границе восприятия, словно не желая мешать работе разума, сконцентрированного на борьбе за жизнь. Но они оставались в его мозгу, возвращались, из-за них ему приходилось искать ответы. Он уже понял, что это сигнал снаружи, что он получает помощь, но и очередные задания, то, что он должен сделать в последние минуты своей жизни.
Он это понимал. Был королевским географом, исследовал чужие миры. Был воином долгие годы, сражался с врагом. Был ребенком, у которого Черные забрали близких. А потому он сражался каждый миг и пытался дать ответ на вопросы.
В союзе ли балроги с чужой силой? Нет, неизвестно, некогда они сражались друг с другом, но долгие годы пребывали в мире. Может, они договорились, вступили в союз? Черные кормят Дракона людьми, а он дает им свою силу.
Как она действует? Я не уверен, но наверняка математизирует мир, влияет на физику и биологию, увеличивает силу просчитанности, меняет градиенты вероятности.
Что делают с Драконом балроги? Похоже, они не строят ничего вблизи от логова Дракона, возможно, собирают эту силу, складируют, пересылают дальше на запад, чтобы использовать для потребностей своей фаговой магии.
Достигли ли они уже чего-то? Не знаю.
Каковы их планы? Не знаю.
Что такое Дракон? Не знаю.
Спутники присылали картинку, фотографии истинной географии, сканы основы, отражения других Планов. Теперь, когда магия географа прорвалась сквозь Завесы и указала дорогу шпионским чароматам, карта таинственного места развернулась на настенных экранах в штабе гетмана.
По мере координации и подтверждения данных на мониторах вырисовывалась гора в форме правильной пирамиды, ведущие к ней дороги, пространства, опустошенные старыми битвами, человеческое поселение, база йегеров.
