— Знаю, вряд ли ты хочешь слушать меня и, уж тем более, навряд ли мои слова успокоят тебя, но я не могу жить с этим грузом на сердце, — серьезно начала Старк, повернувшись к нему. — Я поступила подло и глупо тогда. М-мне очень жаль и… я прошу у тебя прощения, — выдохнув, она опустила глаза, часто моргая.
Проследив за тем, как одинокая слезинка скатилась по ее щеке и унеслась резким порывом ветра, Джон, не сдержавшись, притронулся к влажной дорожке и стер ее, почувствовав то, как сестра слегка дрогнула. Подняв ее лицо за подбородок, он взглянул в ее серые глаза, ощущая, как сердце в груди разрывается от того взгляда, с которым она на него смотрела.
— Ты не должна просить у меня прощения, — сказал он совсем тихо. — Это я… виноват во всем, — Сноу сглотнул ставшую вязкой слюну. — Ты моя младшая сестра и всегда будешь ей, вне зависимости от того, кем был мой отец.
— Джон… — пробормотала Арья, едва сдерживая слезы.
— Я люблю тебя, младшая сестренка, — Сноу улыбнулся, чувствуя ком в горле. — И желаю счастья. Уверен, из тебя выйдет прекрасная жена и еще лучшая мать.
— Н-нет, Джон… — плача, она потянулась к его губам, и он не стал отворачиваться, ощущая приятное тепло, наполнявшее тело от ее близости.
Прижавшись к ее губам, он чувствовал вкус слез, стекающих по лицу Арьи. Словно в одном из тысяч снов, Сноу целовал ее самозабвенно и с отчаянной страстью. В тот момент ему хотелось, чтобы их поцелуй длился вечность, но вскоре легкие начало жечь огнем, и он первым отстранился, не выпуская сестру из кольца рук.
— Я не хочу, чтобы ты уходил, — прошептала она, отдышавшись.
— Я должен.
Старк подняла на него печальный взгляд и безмолвно кивнула.
— Хорошо, — проведя пальцами по его скуле, она чуть улыбнулась. — Только прошу, не вини себя из-за этого. Ты хороший человек, Джон Сноу. Лучший, из всех что я знала.
— Это честь для меня, — выдохнул он, склонив голову.
Сестра неуверенно улыбнулась, и он выпустил ее из объятий. Сидя с ней на берегу и наблюдая за Призраком, Джон чувствовал светлую грусть. Тьма наконец ушла из его сердца, и он мог дышать полной грудью.
Лучший…
Игритт посмеялась бы, Вель, наверное, подумав, сказала бы, что он хороший, но не лучший, а Дейнерис назвала бы его самым верным мужчиной. Арья же… она была иной. Настолько близкой, родной и любимой. Это всегда было так, хоть он и был подкидышем в волчьей стае.
— Я хочу рассказать тебе сказку, которую услышал от Вольного Народа.
Сестра повернулась к нему с живым блеском на дне глаз, напомнившим ему о беззаботных деньках их детства в Винтерфелле.
— Давай! А о чем она?
Джон улыбнулся, сев поудобнее и едва сдерживая смех от того, с каким нетерпением на него смотрела Старк.
— Это легенда о Баэле-Барде и…
— О! Короле-за-Стеной? — воскликнула она радостно. — Прости, больше перебивать не буду.
Насмешливо хмыкнув, Сноу все же продолжил.
— Это история о том, как Баэль перелез через Стену и по Королевскому тракту пришёл с арфой в Винтерфелл, представившись Сигерриком со Скагоса…
Комментарий к Зимняя Роза
Жду вашего мнения))
========== Благодать Гарпии ==========
***
Малый Чертог Красного Замка был заполнен до отвала всеми придворными лордами, рыцарями, госслужащими от мала до велика, а во главе всего были первые лица государства. Уже послезавтра должна была пройти королевская свадьба, на которую съехалась половина страны, и идею Мастера над Монетой о проведении чисто мужской пирушки все восприняли с энтузиазмом. Даже Десница не особо противился, что развязало руки карлику еще больше, и он, казалось, больше заботился о мальчишнике, нежели о монаршей свадьбе. Хотя, его старания были видны невооружённым взглядом: все было на высшем уровне, начиная с выпивки с едой и заканчивая развлечениями, коих было множество.
И, конечно же, Бес не мог обойтись без проституток: несмотря на строжайший запрет лорда Джона, то тут, то там можно было видеть, как мужчины уходят со служанками, коих Эйгон доселе не видел в замке. Благо, Коннингтону было не до этого: он использовал эту встречу, как возможность переговоров с вассалами Железного Трона, к чему изредка подключался и сам король.
В общем, пир шел хорошо, о чем свидетельствовало всеобщее веселье, в котором ему, увы, нельзя было участвовать в полной мере. Таргариен сидел на своем высоком седалище и слушал задорную песенку очередного барда, выпивая неизвестно какую чашу вина. С одной стороны сидел немного мрачный Джон, налегавший на алкоголь, а с другой – Десница, так что он был окружен и не мог по настоящему насладиться вечером. Несколько раз парень пытался подколоть братца, но тот не поддавался его уловкам, так что вскоре наскучил ему. Корона начинала давить на виски, вызывая легкую мигрень, а выпитое ощущалось не тяжелее воды.
Эйгон променял бы этот скучный пир на вечер с невестой или же анонимную вылазку в бордель, но он понимал, что обязан здесь находится, ибо является причиной праздника. Допив чашу борского, Таргариен устало откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза, пытаясь абстрагироваться от шума, нещадно бьющего по ушам.
