— Вашему Величеству настолько скучно, что он заснул? — внезапный голос со стороны вырвал его из полу-сна, и Эйгон недоуменно уставился на Ланнистера, севшего на место Джона.
— Нет, милорд. Вы прекрасно постарались и все прекрасно, — быстро сказал король, выпрямившись в кресле. — Кстати, а где мой брат? — спросил он, оглядывая зал.
— Лорд Сноу ушел недавно, сославшись на плохое самочувствие, — наполнив два кубка, он протянул один королю. — За последние дни вашей свободы.
Они подняли кубки и почти одновременно осушили их.
— Честно говоря, я предполагал, что вам не удастся повеселиться, так что подготовил особый подарок, — произнёс карлик, лукаво блестя разномастными глазами.
— Милорд, вы ведь знаете отношение Коннингтона к проституткам…
— Я уважаю мнение лорда-десницы, — перебил его Тирион. — И надеюсь, что вы оцените мой подарок. Она ждет вас в ваших покоях, — сказав это, он подмигнул ему и встал с места.
Проследив за тем, как карлик засеменил к столу дорнийцев, Эйгон пытался понять, как ему удалось провести шлюху в крепость Мейгора. Скорее всего, здесь не обошлось без содействия Айронвуда. Стоило переговорить с ним и объяснить некоторые правила.
Продержавшись еще около получаса, он встал и извинился перед лордами и ушел к себе. Свежий воздух ночи немного снизил головную боль и привел его в чувство, так что даже сонливость немного спала.
У дверей покоев стоял невозмутимый сир Арчибальд, но Таргариен решил, что взбучка может подождать до завтра и вошел в опочивальню, почти сразу почувствовав постороннее присутствие. Оглядевшись, правда, он никого не увидел, так что медленно прошел к столику и начал снимать с себя одежду, ощущая приятную усталость в теле.
— Вам помочь?.. — тихий голосок привлек его внимание и, повернувшись, он увидел маленькую фигурку.
Девушка, наверное, лет пятнадцати, была явно не из Вестероса. Бронзовая кожа, рыжие кудрявые волосы и большие янтарные глаза выдавали в ней уроженку Залива Работорговцев, скорее всего, Юнкая.
Поглядев на нее с минуту, он кивнул, и гискарка подошла к нему. Ростом где-то на уровне его груди, она походила скорее на ребенка, что заставляло его чувствовать себя неловко. Когда девушка сняла с него дублет с рубашкой и потянулась к завязкам штанов, он остановил ее.
— Сколько тебе лет?
Она опустила взгляд, слегка замявшись.
— Семнадцать, ваше великолепие, — пробормотала она тихонько. — П-простите, если я слишком взросла для…
— Нет, — Эйгон не дал ей договорить. — Ты рабыня, ведь так?
— Грезна послушница Миэринского Храма Благодатей. Я была избрана лично королем Хиздаром зо Лораком, как подарок Драконьему Королю.
— Понятно, — кивнув, он отошел к столику. — Пить будешь?
— Если вы так пожелаете, — склонила голову гискарка.
Налив и себе и ей, король сел в кресло и стал пить, почти не обращая внимание на Красную Благодать, нервно мнущуюся в стороне.
— Вашему великолепию не по нраву Грезна?
— Не то, что бы… — выдохнул парень. — Скажем так, я просто устал.
— Грезна могла бы помочь вам.
Увидев ее решимость, он не стал противиться и позволил девушке подойти. Та, явно немного воодушевившись, попросила короля лечь на постель, а после стала массировать его спину.
— Ваше великолепие излишне напряжены. Доверьтесь мне, и вся будет в порядке… — шепнула девушка, и ему показалось, что он услышал знакомые нотки в ее голосе. — Вот так… расслабьтесь…
Надавив маленькими руками ему на плечи, она опалила дыханием ухо Эйгона и осторожно поцеловала основание шеи.
Таргариен не знал, когда перевернулся на спину. К тому моменту он вообще мало что воспринимал, кроме приятного покалывания по всему телу. Поцелуи, вдохи, стоны — все смешалось, но он помнил момент, когда мягкие девичьи губы сомкнулись на его члене, а через мгновение он уже проснулся от ее крика и понял, что вошел в нее излишне грубо и глубоко, но на тот момент, ему не было до этого никакого дела. Прождав буквально пару секунд, Эйгон сжал аккуратные бедра и начал двигаться в жрице, ощущая накатывающее волнами возбуждение. Не обращая внимание на крики и кровь, он продолжал трахать ее, почему-то испытывая странную злость вперемешку со страстью. Когда девушка уже обмякла на кровати, он вышел из нее и кончил с зажмуренными глазами.
Немного придя в себя, Таргариен сел и пронаблюдал за тем, как Красная Грация, пошатываясь и дрожа, оделась и выбежала из комнат со слезами на глазах, оставив его одного.
Просидев так немного, он встал и налил себя вина, но выпить его не смог. Вдохнув и выдохнув, он швырнул кубок в сторону и вышел на балкон. Жадно вдыхая морской воздух, Эйгон пытался прийти в себя, что мало помалу начинало получаться.
— Отвратительно… я отвратителен, — прошептал он в пустоту ночи.
Он пытался убедить себя, что это было нечаянно, что он просто слишком устал, но легче на душе не становилось. Эйгон еще никогда не чувствовал себя настолько грязным.
То, что он сделал с этой девочкой было несвойственно для него. Он никогда не бывал так жесток, но в тот момент что-то щелкнуло в голове и он не смог удержаться.
