В деревянных шкафчиках у одной из стен Ник обнаружил зеркальные подносы, ещё больше бутылок дорогого спиртного, скрученные стодолларовые купюры и полки за полками, забитые наркотиками в самых разных формах: таблетки, порошки, жевательный мармелад, паста, наклейки, жевательная резинка, жидкости и кубики сахара.
Единственной вещью в комнате, которая не совсем сюда «подходила», была станция дополненной и виртуальной реальности, напичканная передовыми технологиями, включая то, что для
Ник и Блэк немного поэкспериментировали с креслом.
Как только они это сделали, причина его пребывания здесь стала гораздо более ясной.
В него было запрограммировано несколько десятков «сценариев», в том числе: полёт, плавание глубоко под водой, скоростной катер, выход в открытый космос, прыжки с тарзанки, полёты на дельтаплане, прогулки по Марсу, Юпитеру, горе Эверест, пребывание внутри действующего вулкана, погружение в пещеры. В кресле использовались различные физические усовершенствования, чтобы сделать виртуальный опыт более «реальным», включая вибрацию, ветер, манипуляции мышцами, температуру и управление движениями.
Блэк сразу же отключился, когда обнаружил виртуальную запись, которую Ракер, по-видимому, снял сам. Он увидел сине-зелёные глаза девочки (которые походили на глаза Мири даже больше, чем он думал вначале), и сразу же закончил программу.
После этого ему стало дурно.
Блэк сломал чип, связанный с этим сценарием, разломив его пополам пальцами. Сделав это, он усомнился, было ли это хорошей идеей, и сунул два кусочка в карман. Он не сказал Нику об этом.
В конце концов, это не имело значения; они нашли гораздо больше карт памяти.
Блэк больше не ломал их, но они с Ником сложили всё в коробку, которую освободили от жевательных мармеладок.
При мысли о том, что ему придётся смотреть, что этот невероятный ублюдок Люк делал с ребёнком, Блэка невыносимо затошнило, но он не доверил бы эти записи в руки других людей, особенно тех, кто когда-либо работал на Люциана Ракера. Он также не считал, что имеет право уничтожать их все самостоятельно.
Он определённо подозревал, что если они их оставят здесь, ни к чему хорошему это не приведёт.
В любом случае, в какой-то момент эти записи могут им понадобиться.
Возможно, они понадобятся им, чтобы помочь малышке, если не для чего другого.
Блэк выбросил эту мысль из головы и вынул руку из кармана, где он нащупывал сломанную карту памяти. Несколько секунд он мог только стоять, борясь с душившей его яростью.
В конце концов, он бросил сломанный чип к остальным, которые они нашли.
Как только Туз, Ковбой и Декс доберутся до этой части дома, он попросит их убрать коробки с чипами и это грёбаное кресло и перевезти всё это на Калифорния-стрит. К чёрту этих людей и их авторские гаджеты. Он твёрдо намеревался украсть как можно больше, хотя бы для того, чтобы точно выяснить, где Люциан нашёл девочку, кто ещё может быть в этом замешан, и всё, что он сможет узнать об явно незаконном дерьме, которое затеял этот ублюдок.
К сожалению, они всё ещё не нашли никаких имплантов.
Они нашли только один сейф, встроенный в стену игровой комнаты.
Он был приличных размеров, с несколькими отделениями.
В нём находились личные документы, паспорта, выданные шестью разными странами, шкатулка с бриллиантами, ещё несколько шкатулок с драгоценными камнями и ювелирными изделиями, а также значительная сумма наличных, около миллиона долларов.
Имплантов не было. Блэк вообще не нашёл никаких технических приспособлений.
Теперь они с Ником стояли в коридоре, соединяющем две стороны подвала. Богатые узорные панели из красного дерева украшали белые стены высотой чуть больше метра. В верхней части коридора через каждые несколько метров были установлены железные подсвечники в форме драконов, вмещавшие толстые белые свечи. Всё это выглядело как часть европейского замка тридцатых или сороковых годов.
Или как жилище богатого придурка, который слишком прославлял тот период времени.
— Что? — запоздало спросил Блэк хриплым голосом. — Что там?
Ник не ответил.
Он продолжал ощупывать края доски, затем подпрыгнул. Он взглянул на Блэка, затем с ещё более суровой гримасой перевёл взгляд на стену. Ник нащупал какую-то линию в древесине, которую Блэк не мог видеть, затем начал трогать стену в разных местах. Блэку показалось, что он ищет нажимную панель, или, может…
Ник схватил ближайший железный подсвечник и потянул.
Подсвечник и сама свеча наклонились вперёд под давлением его пальцев.
Часть стены отступила внутрь.
Блэк хмыкнул.
— Отлично, — пробормотал он. — Мы имеем дело с двенадцатилетним ребёнком.
