Черный к свету полностью

Он сказал себе, что вернётся ещё до того, как Ник поймёт, что он уехал.

Он знал, что и в том, и в другом была доля лжи, и это заставило его задуматься, каковы были его истинные причины.

Даледжем оглядел бар, стараясь выглядеть максимально праздным, скучающим и высокомерным. Он не мог вспомнить, когда в последний раз видел, как кто-то входит в парадные двери отеля. Неужели он пропустил кого-то из них, отвлёкшись, пока думал о Нике?

Сначала он искал черты лица Фразьера, а затем его сожителя, Юнджермана. Он запомнил внешность обоих мужчин из электронных файлов, которые Блэк отправил, пока Джем был на пути в аэропорт. Он не заметил их ни среди новых лиц, выстроившихся в очередь у бара, ни на одном из обитых кожей диванчиков позади себя, когда случайно повернул голову.

На него в ответ устремилось множество взглядов.

Во многих из них был нескрываемый интерес.

Джем проигнорировал их всех.

Блэк подробно рассказал о том, как привлечь Фразьера и его спутника. Он дал точные инструкции, в том числе о том, как именно Даледжему следует оставить свои волосы (распущенными и относительно уложенными) и какой стиль одежды лучше всего сработает на них обоих. К счастью, у Блэка был опыт внедрения с мишенями такого типа, вдобавок к личному знакомству с Фразьером. Он точно знал, какого рода приманку нужно использовать перед этими двумя мужчинами.

Между ними были точки соприкосновения, что облегчало работу Джема.

Тем не менее, он больше склонялся к тому, что привлекало Фразьера, поскольку Фразьер был его главной мишенью. Блэк заверил его, что эти двое «приводили людей друг к другу» и что каждый из них был хорошо знаком со вкусами другого, поэтому не обязательно имело значение, для кого именно из них он одевался.

Даледжем взглянул на полный стакан, стоящий перед ним, и попытался вспомнить, когда именно он его заказал. К сожалению, он не посмотрел на время ни непосредственно перед, ни сразу после того, как сделал свой последний заказ на выпивку, поэтому понятия не имел, сколько времени прошло.

Учитывая, что если верить его телефону, он пробыл там уже больше двух часов, ему определённо следовало пить быстрее, иначе кто-нибудь мог заметить.

Он сделал глоток и с трудом сдержался, чтобы не выплюнуть его.

Что, чёрт возьми, заставило его заказать ром с колой? Он никогда не любил сладкие напитки. После нескольких глотков ему всегда становилось дурно.

Нет, он бы никогда не заказал это.

Должно быть, его купил кто-то другой.

Он не обратил внимания на то, что сказал бармен, когда принёс ему напиток. Но опять же, зачем этот напиток? Кто-то пытался быть милым?

Он подозревал, что так и есть.

Кто бы это ни был, он, вероятно, уже махнул на него рукой.

Даледжем сделал знак бармену, слегка подтолкнув его светом.

Мужчина подошёл, и Джем пододвинул к нему ром с колой.

— Можно мне что-нибудь другое? — спросил он вежливо.

Мужчина бросил на него странный взгляд, но только кивнул.

— Просто бурбон, — сказал Джем. — Чистый. Лучший, что у вас есть.

Мужчина кивнул, бросил на него оценивающий взгляд и ушёл. Когда он вернулся через несколько секунд, то сменил ром с колой на бурбон, протёр стойку и положил новую салфетку для нового напитка.

Джем поднял свой бокал в знак благодарности бармену, затем сделал несколько глотков.

Гораздо лучше.

Gaos. Намного, намного лучше.

На самом деле у них там припрятана приличная бутылка.

Он выпил половину своего второго бокала, когда на улице завыли сирены. Джем проследил за ними взглядом, но сначала не придал этому особого значения. Только когда они подъехали к дверям дорогого жилого комплекса через дорогу.

Это должно быть простым совпадением.

Наблюдая, как полицейские высыпали из патрульных машин и бронированных фургонов, когда скорая с визгом затормозила перед швейцарами, Даледжем почему-то понял, что это не так.

Это не было совпадением.

— Бл*дь, — пробормотал он.

Он соскользнул с барного стула, легко приземлившись на дорогие итальянские туфли.

Он оставил достаточно наличных, чтобы заплатить за два бурбона и ещё за один, и широкими шагами направился к вращающимся стеклянным дверям, которые вели на улицу.

***

— Почему ты не отвечал на мои звонки? — голос Блэка превратился в рычание, и в нём зазвучали эмоции, как только Джем услышал, что на другом конце провода взяли трубку. — Что, чёрт возьми, с тобой сейчас происходит, Джем? Дело в Нике?

Блэк, казалось, обдумал этот вопрос, как только тот сорвался с его губ.

— Забудь, — проворчал он. — Если дело в Нике, я не хочу ничего знать.

Его голос стал твёрже, более предупреждающим.

— …Но если дело в чём-то другом, Даледжем, мне нужно, чтобы ты мне сказал. Сейчас же. Я послал тебя туда ради грёбаной работы. Чёрт возьми, ты вызвался добровольцем. Что бы с тобой ни происходило, если это мешает тому, что ты…

— Ничто ничему не мешает, — раздражённо сказал Джем. — И со мной всё в порядке. До сих пор мне не о чем было сообщать. Оба раза, когда ты звонил, я разговаривал с кем-то или был в таком месте, где не мог взять трубку…