На полках стояли весьма солидные кубки и медали, а на стенах висели фотографии знаковых боев. Иногда фотохроника перемежалась небольшими газетными вырезками в рамках. «Кувалда выбил из оппонента дух в шестом раунде». «Перспективный новичок выигрывает юниорский чемпионат». Читать сами статьи не особенного хотелось, так что инспектор больше блуждал взглядом по заголовкам и вещам в витринах. Тут было собрано достаточно вещей, которыми Билл явно гордился, раз выставил их на всеобщее обозрение. Йона не вчитывался в подписи, а вместо этого посматривал на Кенни. Мари, шедшая рядом, занималась примерно тем же. Их водитель же сейчас больше походил на мальчишку, которого отец впервые притащил в кондитерскую.
— Это же «Безумная ночь», — прошептал Кенни, когда заметил огромное фото с полностью заполненным боксерским залом на несколько тысяч человек.
— Интересуетесь? — с заметным энтузиазмом отозвался хозяин. — Профессионал?
— Любитель, — произнес Оберин робко, словно разговаривал с архангелом.
— Ну, я тоже начинал с любителя. И да, вы правы, офицер, это фото с «Безумной ночи». Специально заказал снимок другу-фотографу, хотел посмотреть на себя со стороны.
— Не знал, что ты тогда участвовал, — произнес Камаль удивленно.
Боксом Йона не увлекался, но про тот вечер даже он слышал. Тогда было решено провести сразу четыре показательных боя и разогреть народ перед боем дня — чемпионским поединком в супертяжелом весе. Трудно представить, каких денег это стоило, но о той ночи не говорил только ленивый. А когда все закончилось, разговоры не стихали еще несколько недель.
— На показательные почти заявили, только меня за день до этого на тренировке вырубил Хоффстедер. Так что слушал про свой бой с больничной койки. Урод мне челюсть сломал, вот я и пролетел мимо показательных.
На этих словах голос Билла дрогнул, словно он до сих пор не мог простить себе тот случайный проигрыш. В глубине души он понимал, что этот хук стоил ему карьеры профессионального боксера. Между тем все четверо уже подошли к тренерской, и Купер открыл каморку своим ключом.
Внутри все оказалось обставлено еще скромнее, чем внизу. Маленькая комнатка три на три метра с единственным окном, которое выходило на тренировочную зону. В центре комнаты располагался массивный дубовый стол, а вокруг него пара обитых кожей стульев. Обивка с годами растрескалась и облезла. Билл указал на кресла, а сам уселся в свое. К удивлению хозяина, инспектор остался стоять. Он медленно прошелся взад-вперед и взглянул на ночной зал сверху.
— Так и на кой-хрен тебе фото? — словно желая услышать продолжение, спросил Камаль и отошел от окна.
— Заплатил аванс парню, который должен был меня поснимать, а он так и не узнал, что я в челюстно-лицевой хирургии. — На этих словах Купер улыбнулся. — А дальше прикинь, как я охренел, когда этот хмырь принес фото и потребовал свою вторую половину.
— Послал бы его?
— Да собирался, только фото оказалось хорошим. Так и называю его «Воплощая чужие мечты».
— А кто победил-то?
— Хоффстедер и победил. Его мне на замену поставили.
— Простите, — Кенни снова включился в разговор, но как-то медленно. — Леопольд Хоффстедер?
— Да, старик Лео Кувалда. Хотя его прозвать следовало бы Жеребцом. Меня как лошадь лягнула. Хорош был ублюдок, да и не пропускал — резкий, как приступ поноса. Ладно. Вы же не за моими классными историями пришли, офицеры.
— Ну, да. Мы по работе.
— Слушаю, — Купер подобрался.
— Сэлл Валенберг, тот, который курьер.
— Ну?
— Где его можно найти?
— В центральной лежит, а что?
— Не лежит. — Йона тихонько стукнул тростью по полу, так что удар был едва слышен. — Ночью его выкрали неизвестные и вывезли на машине скорой помощи. Нам нужны его контакты и адреса.
Казалось, новость выбила хозяина зала из колеи. Он сложил руки на столе в замок и попытался что-то вспомнить.
— Есть адрес, который он мне давал, когда я его устроил в фонд. Не знаю, живет ли он там сейчас, но другого просто нет, — ответил Купер через несколько секунд весьма напряженных раздумий. — Сейчас найду.
— Многим обяжешь.
Купер повернулся к небольшому архивному шкафчику, выкрашенному в зеленый, выдвинул полку и принялся искать. Пару секунд спустя он вытащил несколько тонких папок из серой бумаги и принялся рыться уже в них. Поиски заняли еще немного времени.
— Держи, сержант. — Билл протянул листок, на котором были расписаны данные беглеца.
— Спасибо. Что про парня рассказать можешь?
— В общем или как?
— Как сможешь, так и расскажи. Любые вещи, которые в голову лезут, нам все важно.
— Да ничего особенного, если уж честно, я и не знаю. — Купер помолчал немного, обдумывая следующие слова. — В принципе, парень как парень. Высунься на улицу, кликни ветерана, и найдешь таких Сэллов десяток. Сидел тихо, в проблемы не лез.
— Пил? Наркотики? Карты?
— Не у меня. Я за такое вышибаю с волчьим билетом. Нарики ненадежные.
— Раз увидел наркомана…
— …Задави как таракана.
В словах старого друга инспектор почувствовал уверенность и ни капли фальши, так что решил сменить тему:
— Познакомились вы с ним как? Не на улице же.
