И верно! Экспедиция под руководством Коли-казаха в полном составе возвращалась домой. Лица людей, не в пример прошлому разу, были куда веселей, а самое хорошее настроение было у собаки, стоящей на носу передней лодки и отчаянно вертящей хвостом. Когда конвой поравнялся с нами, мы горячо поприветствовали друг друга, а Коля, предельно вытянув шею в нашу сторону, притормозил буксирующий его казанку катер, перебрался в нее и направился к нам. Катер в момент выбился из общего строя, набрал скорость, выскочил на плес и заглушил мотор.
– Ай да глаз у Коли! – восхитился дядя Олег. – Орел!
Здесь я с оратором был полностью согласен, так как не допускал мысли, что Коля-казах едет к нам просто сказать «здрасте!».
– Привет! – сказал Коля и быстро обшарил глазами лодку, задержав взгляд на разложенной закуске и сумках с продуктами, предусмотрительно прикрытых куском брезента. – Как дела? Мои сейчас проверятся и за мной вернутся.
– Все путем! – заверил его дядя Олег, разливая остатки водки в три стаканчика. – Как война?
Коля непонимающе уставился на дядю Олега, и я нашел нужным вмешаться:
– Чего не остановились, когда мы махали? Бензин бы сберегли! Зря ж съездили?
– Почему зря? – переспросил Коля, принимая стаканчик из рук дяди Олега. – Был он там! Мы и нору его обсыпавшуюся нашли. Но почему-то он ушел.
Коля уже поднес стаканчик ко рту, когда внимательно наблюдающий за ним дядя Олег вдруг, на мой вкус, несколько по-инквизиторски, выпалил:
– Конечно, был! Кто ж возражает? Но его наш дядя Коля грохнул.
Похоже было, что Колю-казаха от таких слов заклинило: мы уже и выпили, и закусили, а он все держал стаканчик у лица и вглядывался в его глубину вытаращенными глазами.
– Пей, Коля! – подбодрил дядя Олег и добавил, но так, чтобы слышал только я: – Халява, сэр!
Коля послушно выпил, выдохнул, занюхал водку рукавом рубашки и с надеждой посмотрел на укрытые брезентом сумки, но там в ответ на его призывный взгляд, ничто не шевельнулось.
– Но его невозможно убить! – хитро прищурился Коля. – Как же он…
– Да запросто! – поддержал я дядю Олега. – Из ружья.
К нам лихо подлетел катер, который буксировал Колю. Проверялись ребята на плесе явно не зря: в их катере что-то ворочалось и стучало. Мы поздоровались, и после короткого разговора Коли с командой катера в нашу лодку перекочевал приличный кусок свежей осетрины.
– Как же так? – оттолкнувшись от берега, задал Коля-казах мучающий его вопрос.
Дядя Олег посмотрел на меня, на осетрину и продал страшную тайну:
– Серебряный жакан…
Коля понимающе кивнул:
– Молодец ваш дядя Коля! Смелый… Настоящий батыр! – И под стук мотора катера потянулись вверх по Яманишке, за остров.
– Ну и кто же… Года эдак через два в легенде застрелит наш «морок»? – спросил дядя Олег, откупоривая пиво.
– Чего так долго? – удивился я. – Скажешь тоже: два года… И вообще, это зависит от того, есть ли у Коли-казаха ружье…
…Уж не знаю, какой там наш дядя Коля «смелый батыр», но, если верить Компанцеву, он теперь гораздо больше времени проводит дома. А если и отправляется на охоту, то в его патронташе крайние патроны снаряжены пулями типа «турбина». Ясное дело – серебряными…
Я скорее поверю в лживость двух американских профессоров, чем в то, что с неба падают камни.
Если не знать всего, то можно подумать, что в Ямане лишь нечисть водится – драконы да разная фигня из других мест прилетает. Но, к сожалению, бывали и объекты чисто космического значения. К примеру, Нон.
Нон вообще-то традиционный вьетнамский конусообразный головной убор из травы или бамбука. Если верить Зунгу – женский. А кому, скажите на милость, как не Зунгу, в этом вопросе верить? Кому лучше знать, как не коренному вьетнамцу? Вот только сдается мне, что в кинохронике вьетнамской войны и мужики в джунглях этот самый нон носили. Оно и понятно: сверху, с вертолета, а уж тем паче с самолета такую конструкцию шиш углядишь. В чем и убедились американские агрессоры. По полной программе. Вышибли их вьетнамцы со своей территории. Не без помощи Советского Союза, понятное дело. Но вьетнамцы в отличие от других народов, кому когда-либо помогали и помогают русские, ту помощь помнят и ценят. И не спасли американцев ни «ковровые» бомбовые удары, ни распыление пресловутого «оранжа». Пришлось им, как они сами себя уверяют, гордо уйти из Вьетнама… С отпечатком голой ступни на заднице…
Но нон я теперь вспоминаю совсем по другой причине.
