Метеоритную версию я отбросил сразу. Не то чтобы я совсем не верил в «небесные камни», как некоторые… Просто раньше с ними не встречался, хотя и слышал краем уха, что они страшно дорогие, и, следовательно, познакомиться с ними поближе мне не светило по определению. Хотя я был бы совсем не прочь…
Все эти движения мысли быстро утомили меня, и плюс ко всему я обнаружил, что кот, нажравшись вареной рыбы до полного беспамятства, уснул, не вынимая рыжей морды из тарелки. Кота от тарелки я оттащил и устроил в ящике, где его не могли достать мыши, которых он не то чтобы боялся, но опасался и ловить категорически не желал.
Насмотревшись на мирно похрапывающего во сне Пушка, я зевнул так, что челюсти хрустнули, и, наплевав с высокой горы Арарат на все в мире дилеммы и парадоксы, отправился спать. И проспал спокойно до самого утра и даже немного больше…
Утро на фазенде, особенно ежели прихватил по сну лишку, особого разнообразия не сулит. Здесь надо пахать и пахать. Но при применении научного подхода к работе вполне можно наскрести время для отдыха.
Во-первых, большую часть особо нудных дел, как правило, можно перенести на завтра или вообще послать по известному адресу. Как говорится, «не откладывай на завтра то, что за тебя сделают другие».
Во-вторых, некоторые дела легко объединяются в группы или непрерывные цепочки. При этом, понятное дело, легче всего сочетается приятное с полезным.
Руководствуясь этими предельно простыми принципами, я и окунулся в новый рабочий день.
Наполнив электрочайник водой, я включил его в сеть и по напряжеметру, сиречь – вольтметру, определил падение напряжения. Падение не вышло за пределы сорока вольт, а это значило, что холодильник и насос будут гудеть, упираться, но работать. Пока голова моя была занята подсчетами, руки привычно рассовали по карманам сигареты, мундштук, зажигалку, туалетную бумагу и надели на шею ножны, не забыв прихватить книгу. Покидая дом, в тамбуре я пропустил вперед Пушка, взял ведро с варевом для кур и, добравшись до курятника, щедрой рукой вывалил в деревянное корыто полведра вареной рыбы с пареным рисом и через минуту уже был в туалете. Здесь я закурил, раскрыл книгу и приступил к чтению.
Чуть позже мне удалось частично совместить кормление кроликов и чистку-зарядку коптилки. Так что, когда я вернулся в дом, чайник как раз начал закипать, и надо быть совсем тупым, чтобы не совместить с чтением завтрак.
После столь интеллектуального завтрака, нагрузившись как верблюд веслами, ведром, водяным насосом и прочей мелочью, я сдержанным тяжелым галопом проследовал к берегу Яманишки, свалил все добро в лодку и отбыл чистить сетку. Рыбы оказалось не много и не мало. Так себе, каждой твари по паре. Пара судаков, пара подлещиков, какая-то заплутавшая вобла и окуней – без счета. Они, окуни, шли в основном на варево курам и котам, а вот глядя на воблу и подлещиков, я решил вспомнить весну и пожарить их для себя любимого.
В ведро рыба не поместилась, но мудрый я на фазенде всегда носил в кармане целлофановый пакет. Так что проблемы не образовалось. На обратном пути к берегу я думал, что бы сказали вкуровцы, увидев у меня в лодке полное ведро рыбы и электронасос? Небось заявили бы, что ловля рыбы насосом запрещена…
Насос не подвел, запустился с первого предъявления. И, пока я, подхватив весла и рыбу, ковылял до дома, вода, прогретая в трубах до состояния кипятка, уже заполняла бочку душа.
Даже не дав себе отдышаться, я принялся чистить рыбу: судаков в холодильник, лещей и воблу на сковородку. Правда, к тому времени, когда я покончил с рыбой, душевая бочка наполнилась уже раза два, но нет худа без добра. Вода, низвергаясь водопадом с крыши душа, наполнила и даже чисто вымыла поилку для кур.
Рыба жарилась параллельно с поливом огурцов и повторным запуском коптилки, в которую я заложил лещей, посоленных накануне, а когда я перебросил поливочный шланг в помидорную грядку и снял сковородку с плиты, сэкономленное в результате совмещения дел время превысило все разумные пределы. Получалось, что теперь я смогу совмещать только чтение, полив огорода, копчение рыбы и варку окуней для кур и котов, а это, согласитесь, как-то не очень серьезно.
Мне стало немного стыдно, и я решил вернуть обратно что-нибудь из посланных «на завтра» и «куда подальше» дел. Но потом. Попозже.
Первый «звонок» прозвучал, когда я сел есть рыбу, но я его не услышал. Точнее – не обратил должного внимания. Помню, посмотрел в окно веранды и удивился, что первая карта[3] помидоров еще не заполнилась водой, но… Как говаривал один симпатичный джинн самому барону Мюнхаузену: «Какой такой павлин-мавлин?! Ми кушаем!»
