Генри, вероятно, сидел за столом с радиоприемником, примерно в пяти футах от Флека, однако его голос звучал почти так же ясно: вентиляционная труба хорошо усиливала звук.
– Не важно. Подключайся.
Я напряг слух и приник к вентиляционному люку так сильно, что едва не залез в него наполовину, но больше ничего не услышал. Через пару минут я почувствовал, что меня дергают за рукав.
– Все, – сказала Мари. – Держи фонарик.
– Ладно. – Я спрыгнул, помог ей забраться и тихо проговорил: – Ради бога, никуда не уходи. Наш друг Генри сейчас получит решающее сообщение.
Дел у меня оставалось немного, и за три или четыре минуты я со всем разобрался. Засунул одеяло в полиэтиленовый мешок, крепко завязал его и тут же почувствовал прилив оптимизма. Шансы, что одеяло нам пригодится, были не так уж и велики. Но если мы сможем открыть люк, спрыгнем со шхуны, прежде чем нас изрешетят пулями, не утонем и не отправимся на корм акулам, барракудам или кто там еще может польститься на нас среди ночи, то неплохо будет иметь при себе мокрое одеяло, чтобы с восходом солнца не получить солнечный удар. Однако мне не хотелось тащить с собой лишний груз, поэтому я воспользовался полиэтиленовым пакетом. Я привязал пакет к одной из канистр с водой и затолкал внутрь канистры кое-какую одежду и сигареты. В этот момент Мари снова вернулась к корме и встала рядом со мной.
Без лишних предисловий она заговорила спокойным голосом, в котором не ощущалось ни тени страха:
– Мы им больше не нужны.
– Что ж, по крайней мере, не зря готовились. Они обо всем договорились?
– Да. С тем же успехом они могли бы говорить о погоде. Думаю, ты заблуждался насчет Флека: он не моргнув глазом разделается с кем угодно. Они обсуждали это как интересную задачку. Генри спросил, как они будут от нас избавляться, и Флек ответил: «Давай сделаем все тихо и цивилизованно. Скажем им, что босс передумал. Что мы совсем скоро привезем их к нему. А что было, то было. Отведем в каюту, предложим выпить, подмешаем снотворное, потом тихонько сбросим за борт».
– Славный малый! Мы мирно пойдем ко дну, и даже если наши тела прибьет к берегу, на них не обнаружат следов от пуль и никто не начнет расследование.
– Но при вскрытии могут обнаружить присутствие яда или наркотика…
– Что касается нашего вскрытия, – мрачно перебил я ее, – то врач даже не удосужится вынуть руки из карманов. Если кости не сломаны, сложно установить причину смерти пары тщательно обглоданных скелетов, в которые мы можем превратиться после того, как нами пообедают морские жители. Хотя кто знает, может, акулы проглотят нас вместе с костями.
– Зачем ты все это говоришь? – холодно спросила она.
– Просто пытаюсь немного взбодриться. – Я протянул ей пару спасательных жилетов. – Отрегулируй плечевые ремни, чтобы ты смогла надеть их оба один поверх другого, а потом закрепи на талии. Будь осторожна, не выпусти случайно углекислый газ. Надуешь, когда окажешься в воде.
Сам я уже надевал свою сбрую. Мари слишком долго возилась с лямками, и я сказал:
– Пожалуйста, поторопись.
– Спешить нет смысла, – возразила она. – Генри сказал: «Думаю, стоит подождать часа два и уж потом приступить к делу». И Флек его поддержал: «Да, не меньше двух». Наверное, они ждут, когда совсем стемнеет.
– Или хотят скрыть это от команды. Так или иначе, причины не важны. Намного важнее, что через два часа с нами разделаются. Но прийти они могут в любой момент. Ты упускаешь из виду один важный факт. Обнаружив наше исчезновение, они сразу дадут задний ход и примутся нас искать. Мне совсем не хочется, чтобы меня сбила шхуна или порезал на куски винт. Стать мишенью для их упражнений в стрельбе я тоже не горю желанием. Чем скорее мы убежим, тем меньше шансов, что нас найдут, когда пропажа вскроется.
– Я не подумала об этом, – призналась Мари.
– Ты ведь помнишь, что говорил полковник, – заметил я. – Бентолл старается все предусмотреть.
Она не сочла нужным отвечать, поэтому мы продолжили молча надевать жилеты. Я дал ей фонарик и попросил посветить мне, а сам поднялся по трапу с талрепом и двумя рейками и приступил к вскрытию люка. Одну рейку я положил на верхнюю ступеньку, обхватил крюком талрепа болт задвижки и начал отвинчивать его, пока он не уперся во вторую рейку, которую я положил под люк, чтобы правильно распределить нагрузку. Я слышал, как дождь свирепо молотит по люку, и невольно вздрогнул, подумав, что скоро промокну до нитки, – глупая мысль, если учесть, что сразу после этого мне предстоит полностью погрузиться в воду.
