– Вы боитесь, что это строго секретная информация, – с раздражением перебил я его. – Так и есть, но только не для тех, кто находится на этом острове. По крайней мере, теперь.
– Да, наверное, – с сомнением согласился Харгривс. Он задумался, а затем улыбнулся. – Вы ведь помните ракету «Метеор», потеря которой стала для нас большой трагедией?
– Наш единственный вклад в области межконтинентальных баллистических ракет? – кивнул я. – Помню. Полноценная ракета, только вот взлететь не смогла. Все тогда очень расстроились. Все переживали, когда правительство свернуло работу. Было много разговоров о том, что мы продались американцам, попали под абсолютную зависимость от ядерной защиты США, что Британия стала второсортной державой, лишенной какой-либо мощи. Помню. Очень непопулярное решение со стороны правительства.
– Да. А ведь оно не заслуживало такого отношения. От проекта пришлось отказаться, потому что лучшие военные и научные умы в Британии – а у нас все-таки имеется парочка таковых – любезно объяснили членам правительства, что «Метеор» совершенно не годится для поставленных задач. Его создавали по образцу американской ракеты типа МБР «Атлас», которой требуется двадцать минут обратного отсчета после первого сигнала тревоги. Для американцев это подходящий вариант. С их системами дальнего обнаружения, современными радиолокационными станциями, инфракрасными детекторами и самолетами-шпионами не составит труда обнаружить след выхлопных газов, оставленный вражеской МБР, и даже если какой-нибудь маньяк нажмет не на ту кнопку, у них есть полчаса, чтобы отреагировать. У нас же в запасе не больше четырех минут. – Харгривс снял очки и старательно протер их, близоруко моргая. – А это значит, что, даже если бы «Метеор» мог взлететь и обратный отсчет начался бы сразу после сигнала, его все равно могла уничтожить советская ракета в пять мегатонн весом за шестнадцать минут до предполагаемого старта.
– Считать я умею, – сказал я. – Не нужно все так подробно объяснять.
– Нам пришлось все подробно объяснять Министерству обороны, – ответил Харгривс. – На это ушло года три или четыре, пока до них дошло. Для военных они оказались весьма сообразительными. Вы посмотрите на наших адмиралов и их линкоры. Еще один существенный недостаток «Метеора» заключался в том, что ему требовалась гигантская стартовая установка. Все эти рампы, платформы, бункеры, громадные цистерны с гелием и жидким азотом, чтобы закачивать керосин и жидкий кислород под давлением, и, наконец, нужно учитывать значительные размеры самой ракеты. Для нее необходима постоянная стационарная установка. Но если учесть, сколько британских и американских самолетов летают над территорией СССР и сколько советских самолетов летают над американской и британской территориями, и это не говоря о том, что британские и американские самолеты летают также над территориями друг друга… иными словами, в США и СССР известно о расположении практически всех стартовых полигонов, а это значит, что их ракеты буквально нацелены друг на друга. Мы же хотели получить в распоряжение ракету, которую можно выпустить немедленно, ракету мобильную и портативную. При существующих типах ракетного топлива это невозможно. Разумеется, керосин не подходил, да и как можно в наше-то время использовать керосин? Хотя большинство американских ракет по-прежнему летают на керосине с жидким кислородом. Тем более речь не шла о водородных жидкостных двигателях, с которыми сейчас работают американцы. Из-за температуры кипения в четыреста двадцать три градуса по Фаренгейту они в десять раз сложнее в управлении, чем любой из существующих ракетных двигателей. К тому же они слишком большие.
– Ведутся работы над цезиевым и ионным топливом, – заметил я.
– Они занимаются этим уже давно. Создали дюжину маленьких конторок, которые работают автономно, а вы ведь знаете старую поговорку про семерых нянек. Итак, осуществить немедленный запуск мобильной ракеты с известными видами топлива не представлялось возможным… пока Фэрфилду не пришла в голову простая и одновременно гениальная идея твердого топлива, в двадцать раз более мощного, чем то, которое используется в американских «Минитменах». Это так просто и так гениально, – признался Харгривс, – что я даже не знаю, как оно работает.
Я тоже этого не знал. Но в свое время я получил от Фэрфилда достаточно сведений, чтобы разобраться в этом вопросе. И все же здесь и сейчас я не стал бы этим заниматься.
– Вы уверены, что на этом топливе можно запустить ракету? – спросил я.
